Книга Оракул с Уолл-стрит 6, страница 97 – Алим Тыналин

О’Мэлли облокотился о краешек стола.

— Донован получил от Марранцано пятьсот долларов на «организационные расходы». Плюс обещание дополнительных средств, если забастовка продлится больше недели. Марранцано также предоставил двух адвокатов для работы с федеральными органами.

— И что с рабочими на фабрике?

— Большинство вышли на забастовку неохотно. Им нравятся условия работы у вас, но Донован пообещал каждому по десять долларов в неделю компенсации из стачечного фонда. Плюс угрожал исключением из профсоюза тем, кто откажется участвовать.

Я быстро подсчитал цифры. Двести рабочих, десять долларов в неделю — две тысячи долларов еженедельных расходов только на компенсации. Плюс юридические услуги, организационные расходы, содержание пикетов. Марранцано вкладывал серьезные деньги в этот конфликт.

— Патрик, — сказал я О’Мэлли, — отправляйся к Мэддену. Договорись о встрече на сегодняшний вечер. Скажи, что ситуация критическая и требует немедленного обсуждения.

— Будет сделано, босс.

Когда ирландец вышел, я остался наедине с Винни. Коротышка продолжал сидеть на месте, цедя виски из стакана.

— Винни, — сказал я, — как ты оцениваешь решимость Донована?

— Босс, этот парень действительно верит в свою правоту. Но теперь он еще и чувствует себя защищенным. Марранцано убедил его, что «справедливость победит капиталистический произвол». — Винни усмехнулся. — Классическая идеологическая обработка.

— А его люди? Насколько они преданы?

— Два помощника фанатики, как и он сам. Но большинство рядовых членов профсоюза просто хотят получать зарплату и спокойно работать. Если затянуть конфликт, они начнут роптать.

Зимние сумерки наступили рано. Когда О’Мэлли вернулся с подтверждением встречи с Мэдденом, я уже подготовил полный анализ ситуации. Цифры убытков, списки задействованных сторон, возможные сценарии развития событий.

— Мэдден принимает нас в восемь вечера, — доложил ирландец. — В своем кабинете в Коттон-клубе. Сказал, что дело серьезное и требует детального обсуждения.

— Отлично. У нас есть время подготовиться к разговору.

* * *

Коттон-клуб в вечерние часы превращался в сверкающий мир джаза и развлечений. Оркестр Дюка Эллингтона наполнял зал горячими ритмами, а на сцене танцевали девушки в блестящих костюмах. Но мы проследовали мимо основного зала, направляясь к кабинету Мэддена на втором этаже.

Оуэн Мэдден встретил нас в кожаном кресле за массивным столом красного дерева. На столе лежали разложенные документы: финансовые отчеты, газетные вырезки, телеграммы. Хрустальный графин с виски и три стакана стояли на серебряном подносе.

— Уильям, — сказал Мэдден, поднимаясь навстречу, — Патрик уже изложил общую картину. Должен признать, ситуация неприятная.

— Оуэн, она хуже, чем неприятная, — ответил я, усаживаясь в кресло. — Марранцано превратил трудовой спор в элемент большой игры против Синдиката.

Мэдден налил виски и подвинул стаканы к нам:

— Расскажите детали. Что конкретно известно о связях Донована с семьей Марранцано?

Я подробно изложил уточненную информацию, полученную от О’Мэлли и Томаса Лоренса, Встреча в ресторане, финансовая поддержка, обещания защиты. Мэдден слушал внимательно, изредка задавая вопросы.

— Пятьсот долларов сразу и еще по две тысячи еженедельно, — повторил он, когда я закончил. — Серьезные инвестиции для обычного профсоюзного конфликта.