Книга Оракул с Уолл-стрит 6, страница 44 – Алим Тыналин

Реина затушил сигару в хрустальной пепельнице:

— Начинаем подготовку?

— Начинайте, — кивнул Марранцано. — И помните, никаких следов, ведущих к нам. Это должно выглядеть как обычное невезение молодого банкира.

Боннано и Реина поднялись из кресел, собрали документы и направились к двери. Марранцано остался один, глядя в окно на зимний сад. На часах было половина четвертого дня, скоро стемнеет.

Он взял трубку красного телефона и набрал номер:

— Это Сальваторе. Собери людей на завтра вечером. Обычное место, обычное время. Есть работа.

Декабрь засыпал Нью-Йорк влажным снегом, превращая городские улицы в черно-белую картину. С окна моего кабинета открывался вид на заснеженный Центральный парк, где редкие прохожие торопливо пересекали аллеи, кутаясь в шерстяные пальто.

До Рождества оставалось всего несколько дней, но деловая активность в финансовом районе не затухала. Слишком много важных вопросов требовало решения до начала праздничных каникул.

Патрик О’Мэлли сидел в кожаном кресле напротив моего стола, просматривая последние документы от Вестфилда. Громадный ирландец выглядел довольным.

Его тщательная работа с запуганным юристом приносила превосходные результаты. На столе лежала стопка фотокопий, каждая из которых представляла собой еще один камень в фундамент нашей атаки на Continental Trust.

— Босс, — сказал О’Мэлли, отложив очередной документ, — Артур превзошел самого себя. Здесь не просто доказательства нечестной конкуренции. Это полная схема захвата рынка через коррупцию и давление.

Я взял протянутую им бумагу. Машинописный текст на бланке Continental Trust содержал внутреннюю переписку между различными отделами компании. Язык документа был нейтральным, но смысл поражал своей циничностью. Планы систематического разорения конкурентов, схемы подкупа банковских инспекторов, списки политических деятелей, получающих «консультационные» платежи.

— Сколько банков в их списке целей? — спросил я, указывая на приложение к документу.

— Двенадцать финансовых учреждений по всему Восточному побережью, — О’Мэлли пролистал страницы. — От Бостона до Вашингтона. Бюджет операции пятнадцать миллионов долларов. Срок реализации до следующего лета.

Масштабы амбиций Continental Trust впечатляли. Это не просто экспансия, а попытка монополизировать региональный банковский сектор. Используя хаос после октябрьского краха, они планировали скупить или разорить всех серьезных конкурентов.

Телефон зазвонил, прерывая наше обсуждение. Я поднял трубку элегантного аппарата в позолоченном корпусе.

— Стерлинг слушает.

— Уильям, это Сэмюэль Розенберг, — голос моего юриста звучал деловито. — Документы поданы. Иск о клевете и злонамеренном вмешательстве в деловые отношения против Continental Trust на пять миллионов долларов компенсации.

— Реакция суда?

— Судья Маккормик принял заявление к рассмотрению. Предварительное слушание назначено на двадцать седьмого декабря, сразу после рождественских каникул. Плюс мы добились замораживания активов Metropolitan Financial Corporation до решения суда.

Превосходно. Пока Continental Trust будет защищаться в судах, их операционные возможности серьезно ограничатся. Замороженные активы их дочерней компании означали, что они не смогут финансировать новые агрессивные приобретения.