Книга Оракул с Уолл-стрит 6, страница 108 – Алим Тыналин

Я улыбнулся:

— Мир меняется. Сельское хозяйство нуждается в научном подходе. Промышленность требует новых материалов. Медицина ждет синтетических лекарств. Химия — это ключ к прогрессу.

Через час переговоров соглашение было подписано. Monsanto Chemical Works переходила под мой контроль за четыреста тысяч долларов. Еще одна инвестиция в будущее, которая через двадцать лет принесет прибыль в тысячи процентов.

Когда представители Monsanto ушли, Сара Левински обратилась ко мне:

— Мистер Стерлинг, позвольте заметить, ваши инвестиционные решения выглядят довольно рискованными. Авиация и химия переживают не лучшие времена.

— Сара, — ответил я, убирая документы в сейф, — великие состояния создаются не на подъеме, а в периоды кризиса. Когда все продают, умные покупают.

Сэмюэль Розенберг снял очки и протер их платком:

— Уильям, за последний месяц мы потратили более пятидесяти миллионов долларов на покупку «бесперспективных» компаний. Надеюсь, ваша интуиция не подведет.

Я подошел к окну, за которым виднелись заснеженные крыши Нью-Йорка. Не успел ответить, когда в кабинет, не дожидаясь разрешения войти, ворвался Винни Коротышка. Его обычно невозмутимое лицо исказилось волнением, а дыхание сбилось, словно он бежал через весь Манхэттен.

— Босс, — выдохнул он, прислонившись к дверному косяку, — Срочные новости.

Я поглядел на часы. Ах да, точно. Самое время для плохих известий. Скорее всего, они касаются Массерии.

Я кивнул Левински и Розенбергу. Они вышли, не говоря ни слова.

— Джо Босса больше нет, — сказал Винни. — Убили вчера вечером в «Нуова Вилла Таммаро».

Для меня это не было новостью.

— Детали, — коротко сказал я.

Винни плотно прикрыл дверь и опустился в кресло:

— Выстрелы в спину во время карточной игры. Лучиано и Анастасия выжили.

Я медленно прошелся по кабинету, обдумывая последствия. Смерть Джузеппе Массерии означала кардинальную перестройку всей преступной иерархии Нью-Йорка. А значит, и мое положение казначея Синдиката повисло в воздухе.

— Кто теперь главный? — спросил я.

— Марранцано созывает совет семей на завтра, — Винни достал из кармана помятую газету. — А вот что пишет «Таймс».

Заголовок гласил: «Известный ресторатор убит во время ужина». Журналисты старательно избегали упоминаний о мафиозных связях Массерии, представляя его как успешного бизнесмена, ставшего жертвой уличной преступности.

— Что известно о планах Марранцано? — спросил я, возвращаясь к столу.

— Полная реорганизация по старым сицилийским образцам. Жесткая иерархия, беспрекословное подчинение, возврат к «традиционным ценностям». Плюс он уже отдал приказ зачистить всех «ненадежных элементов».

Я понял, что в список «ненадежных» наверняка попал и я. Ну что же, посмотрим, что будет дальше.

Следующие дни превратили Нью-Йорк в поле битвы. Марранцано действительно попытался вернуть «старые порядки», но встретил яростное сопротивление американизированных семей.

О’Мэлли докладывал о ситуации каждое утро, принося все более тревожные новости:

— Босс, ночью взорвали склад Анастасии в Бруклине. Три человека убито, пятеро ранено. В ответ люди Альберта застрелили двух племянников Марранцано возле церкви Святого Патрика.

Город захлестнула волна насилия. Ежедневно газеты сообщали о «несчастных случаях» и «ограблениях», за которыми скрывались безжалостные разборки. Взрывы автомобилей, стрельба в ресторанах, таинственные исчезновения — война мафии вышла на улицы.