Книга Оракул с Уолл-стрит 5, страница 70 – Алим Тыналин

— А что с нашими инновационными разработками? — он наклонился вперед. — Синтетический каучук, новые резиновые смеси для покрышек?

— Это ваше конкурентное преимущество, — кивнул я. — Именно поэтому я не предлагаю полностью выходить из бизнеса. Но временное сокращение инвестиций поможет пережить кризис и выйти из него еще сильнее.

Милнер-младший долго размышлял, просматривая цифры.

— Хорошо. Но я согласен только на увеличение наличности до сорока процентов. Остальные шестьдесят процентов остаются в производственных активах. Я верю в долгосрочные перспективы отрасли.

— Мистер Милнер, я настоятельно рекомендую быть более осторожным…

— Сорок процентов, — он поднялся, протягивая руку для прощального рукопожатия. — Это компромисс между вашими опасениями и моей уверенностью в бизнесе.

После ухода Милнера-младшего я остался один в кабинете, подводя итоги утра. Из трех ключевых клиентов удалось убедить лишь частично. Но даже это означало спасение десятков миллионов долларов.

Во второй половине дня меня ждали встречи с менее крупными, но не менее важными клиентами. Профессор экономики из Колумбийского университета, владелец сети аптек, несколько промышленников из Филадельфии.

Каждая встреча проходила по схожему сценарию. Сначала удивление внезапностью совещания, затем скептическое отношение к предупреждениям, постепенное понимание серьезности ситуации и, наконец, частичное согласие на защитные меры.

К концу дня мисс Говард принесла сводку результатов.

— Мистер Стерлинг, — она положила на стол папку с документами, — согласно вашим указаниям, общий объем средств, переводимых в наличность и консервативные активы, составляет сто двадцать три миллиона долларов. Это сорок один процент от общего капитала под вашим управлением.

Сорок один процент. Этого недостаточно, но лучше, чем ничего. По крайней мере, сотня с лишним миллионов долларов будет спасена от грядущей катастрофы.

— Спасибо, Элеонора. А что с сопротивлением? Кто категорически отказался от изменений?

— Мистер Хендерсон из Chicago Steel, мистер Томпсон из Midwest Manufacturing и синдикат фермеров из Айовы. Они считают ваши предупреждения излишне пессимистичными.

Я кивнул, делая пометки в блокноте. Хендерсон, Томпсон, фермеры из Айовы — все они потеряют большую часть капитала. Но я сделал все возможное, чтобы их предупредить.

Поздним вечером, когда офис опустел, я сидел за столом, просматривая итоги дня. За окном загорались огни ночного Манхэттена, город жил своей обычной жизнью.

Прескотт вошел без стука.

— Как прошел день, Уильям?

— Удалось спасти сорок один процент, — устало ответил я. — Остальные пятьдесят девять процентов пойдут ко дну вместе с рынком.

— Сорок один процент — это больше ста миллионов долларов, — заметил Прескотт. — Сто миллионов долларов, которые иначе были бы потеряны. Неплохо для одного дня работы.

Он был прав. Но мне хотелось спасти всех. Каждый доллар, который будет уничтожен в грядущем крахе, означал чьи-то разбитые надежды, разрушенные планы, искалеченные судьбы.

Видя, что я не настроен на беседу, Прескотт сказал, что срочно едет на встречу с Кромвелями и вышел. Я взял телефонную трубку и набрал номер мисс Говард.

— Элеонора? Извините за поздний звонок. Завтра утром начинаем второй раунд встреч. Всех, кто отказался сегодня, приглашаем на повторные консультации. Возможно, дополнительные аргументы их переубедят.