Книга Оракул с Уолл-стрит 4, страница 76 – Алим Тыналин

Цена к концу дня составила двадцать четыре доллара за акцию, небольшой рост, вызванный нашими покупками, но все еще в пределах нормальных рыночных колебаний.

Вечером я поговорил с О’Мэлли, чтобы обсудить последние приготовления.

— Все готово, босс, — доложил он, разложив на столе карты с отмеченными локациями наших агентов. — Завтра в полдень каждый будет на позиции.

— Отлично, — я потер подбородок, анализируя возможные сценарии. — Ключевой момент не продавать слишком быстро после объявления. Нужно дать рынку время поглотить новость и полностью переоценить акции.

— А если утечка уже произошла? — с тревогой спросил О’Мэлли. — Если кто-то опередил нас?

— Тогда мы увидим резкий рост еще до объявления, — ответил я. — В этом случае придется действовать по запасному плану, быстро продавать все, пока ситуация не ухудшилась.

Но мои опасения оказались напрасными. Утро четверга не принесло значительных изменений в котировках Lockheed. Рынок оставался в неведении относительно грядущего контракта.

В одиннадцать тридцать я занял стратегическую позицию в зале биржи, в непосредственной близости от поста, где торговались акции Lockheed. Мои агенты, разбросанные по залу, внешне никак не взаимодействовали со мной, но каждый знал свою роль в предстоящем спектакле.

Ровно в полдень электрический телеграф забился в лихорадочном ритме. Лента выплевывала новость о контракте между Lockheed Aircraft Corporation и ВМФ США на сумму восемь миллионов долларов, крупнейшем авиационном контракте года.

Эффект оказался даже более впечатляющим, чем я предполагал. Акции Lockheed мгновенно взлетели на пять долларов, с двадцати четырех до двадцати девяти, затем продолжили рост. К часу дня цена достигла тридцати пяти долларов, а объем торгов превысил обычный показатель в десять раз.

Маклеры кричали, размахивая руками, передавая ордера через посыльных. Эйфория охватила торговый зал. И в этой контролируемой панике я начал первую фазу выхода из позиции.

Легким кивком я подал сигнал первому агенту. Тот немедленно передал ордер на продажу пяти тысяч акций по текущей рыночной цене. Через пятнадцать минут такой же сигнал получил следующий агент. К двум часам дня мы продали треть нашей позиции по средней цене тридцать семь долларов за акцию.

К концу торговой сессии акции Lockheed закрылись на отметке сорок один доллар пятьдесят центов. Рост на семьдесят пять процентов за один день.

Оставшиеся у нас тридцать пять тысяч акций теперь стоили почти полтора миллиона долларов. Даже с учетом частичной продажи мы уже превысили ожидания Лучиано.

Следующим утром ажиотаж продолжился. Газеты пестрели заголовками о контракте, аналитики повышали прогнозные оценки для Lockheed. К одиннадцати утра цена достигла сорока пяти долларов за акцию.

Я дал сигнал к завершению операции. В течение следующих трех часов мы методично распродали оставшиеся акции, используя шесть разных брокерских контор. К моменту закрытия торгов в пятницу наша позиция была полностью ликвидирована со средней ценой продажи сорок три доллара за акцию.

Подводя итоги операции вечером в своем офисе, я испытывал то особое удовлетворение, которое дает безупречно выполненная работа. Первоначальные пятьсот тысяч долларов Лучиано превратились в один миллион пятьдесят тысяч — прирост на пятьсот пятьдесят тысяч или сто десять процентов за три дня. За вычетом моей комиссии в сорок процентов (двести двадцать тысяч долларов), Лучиано получал чистую прибыль в размере трехсот тридцати тысяч долларов.