Книга Оракул с Уолл-стрит 4, страница 31 – Алим Тыналин

— Стерлинг слушает.

— Поздравляю с впечатляющей победой, мистер Стерлинг, — раздался незнакомый голос, глубокий и с легким акцентом. — Ваша операция против Харрисона была проведена безупречно.

— Кто это? — напрягся я.

— Меня зовут Александр Шварц, — ответил голос. — Я представляю Continental Trust. И мне бы хотелось встретиться с вами в ближайшее время. У нас есть очень интересное предложение.

Я помедлил, обдумывая ответ. Неожиданный звонок от Continental Trust был одновременно тревожным сигналом и подтверждением нашего возросшего статуса.

— Я заинтересован в такой встрече, мистер Шварц, — наконец ответил я. — Но сейчас у меня довольно плотный график в связи с недавним приобретением.

— Конечно, я понимаю, — в голосе Шварца слышалась легкая улыбка. — Скажем, через неделю? В следующую пятницу, в полдень, в «Уолдорф-Астории»?

— Это приемлемо, — согласился я. — До встречи, мистер Шварц.

Я положил трубку и повернулся к О’Мэлли:

— Continental Trust вышел на связь. Они хотят встретиться.

— Неудивительно, — О’Мэлли задумчиво почесал подбородок. — После того, как вы сорвали их планы на Харрисона, они хотят оценить нового игрока на поле.

Я подошел к окну, глядя на вечерний Нью-Йорк. Огни небоскребов мерцали в сгущающихся сумерках, создавая иллюзию звездного неба.

Массивные вращающиеся двери из латуни и стекла «Уолдорф-Астории» впустили меня в роскошный вестибюль. Утренний свет играл на мраморных колоннах, а воздух был пропитан ароматом дорогих сигар и власти, щедро сдобренной деньгами.

Идеальное место для встречи с людьми, которые считают себя хозяевами мира. Возможно, они правы.

Я подошел к консьержу, чопорному малому с нафабренными усами и глазами, отточенными замечать разницу между обычными богачами и настоящими воротилами.

— Мистер Стерлинг, — произнес я, поправляя безупречный виндзорский узел на галстуке. — К мистеру Шварцу.

Консьерж просиял фальшивой улыбкой:

— Конечно, сэр. Вас ожидают в Дубовой комнате. Позвольте проводить.

Я последовал за ним через лабиринт коридоров с позолоченными светильниками и персидскими коврами, заглушающими шаги. Время от времени мы проходили мимо старомодных джентльменов, чьи костюмы стоили больше, чем годовой заработок рабочего. Они кивали друг другу, как члены тайного клуба.

Консьерж остановился у массивной двери из темного дуба с бронзовыми ручками.

— Дубовая комната, сэр.

Он постучал, дождался приглушенного «Войдите» и открыл дверь, пропуская меня внутрь.

Я шагнул в сумрак комнаты и почувствовал запах власти. Смесь дорогого табака, кожаной мебели и едва уловимого аромата страха, который всегда витает вокруг людей, принимающих решения о судьбах других.

— Мистер Стерлинг! — голос Александра Шварца разрезал тишину. — Рад, что вы приняли наше приглашение.

Передо мной предстала картина идеально срежиссированной демонстрации силы. Шварц, представительный мужчина с железно-серыми висками и властным лицом, сидел в глубоком кожаном кресле.

За его спиной у окна, в полутени, стоял Генри Форбс. Я сразу узнал его худощавую фигуру, ястребиный профиль и пронзительные серые глаза. Человек, с которым я не так давно встречался в его роскошном офисе на Мэдисон-авеню.

В дальнем углу комнаты, едва заметные в полумраке, маячили две массивные фигуры, без сомнения, телохранители.