Книга Оракул с Уолл-стрит 3, страница 54 – Алим Тыналин

— Да, — я не смог сдержать улыбку. — Похоже, этот магазин действительно изменит привычный способ торговли.

Дискуссия становилась все оживленнее.

Профессор отстаивал неизбежность циклических кризисов, банкир указывал на стабилизирующую роль Федерального резерва, Уинтроп делился практическим опытом выживания в кризисные периоды, инженер с Ford излучал оптимизм новой индустриальной эпохи, а миссис Броуди добавляла яркие штрихи из повседневной жизни, которые часто ускользают от внимания экономистов и финансистов.

— А что думает наш молодой друг с Уолл-стрит? — обратился ко мне профессор после особенно жаркого обмена мнениями.

Все взгляды обратились ко мне. Это был непростой момент. Высказать свое настоящее мнение о грядущем крахе значило рисковать репутацией в период всеобщего оптимизма. Поэтому я выбрал золотую середину.

— Я верю в прогресс и рост, — начал я осторожно, — но также уважаю исторические закономерности, о которых говорит профессор. Возможно, истина где-то посередине. Мы действительно переживаем период беспрецедентного роста, но разумная предосторожность никогда не бывает лишней.

Это был дипломатичный ответ, который, судя по кивкам, удовлетворил всех собеседников. Профессор одобрительно посмотрел на меня:

— Разумный баланс, молодой человек. Именно этого не хватает большинству современных финансистов.

Когда поезд прибыл в Питтсбург, Уинтроп попрощался с нами, сердечно пожав руки. Профессор Мортон остался, он тоже направлялся в Акрон, где должен был выступить с лекцией в местном колледже.

Последний этап путешествия проходил в сгущающихся сумерках. За окнами проплывали огни небольших городков и деревень, сменяясь темнотой лесов и полей. Профессор задремал над своими бумагами, а я углубился в размышления о предстоящей встрече с Милнером.

К восьми вечера поезд начал замедляться, приближаясь к Акрону. Город, даже издалека, производил впечатление промышленного центра. Множество дымящих труб на фоне вечернего неба, огни заводов, громады промышленных зданий.

— Прибываем в Акрон через пять минут! — объявил проводник, проходя по вагону.

На вокзале, едва мы сошли с поезда, к нам подошел хорошо одетый мужчина средних лет:

— Мистер Стерлинг? Мистер О’Мэлли? Меня зовут Джеймс Коллинз, помощник мистера Милнера. — Он протянул руку. — Мистер Милнер просил встретить вас и доставить в отель. Завтра в девять утра он ожидает вас на заводе.

— Очень любезно с его стороны, — кивнул я, пожимая руку.

Коллинз провел нас к блестящему черному Паккарду, ожидавшему у входа. Когда мы тронулись, я обратил внимание на респектабельность городских улиц, широкие проспекты, солидные здания, чистота и порядок.

— Акрон сильно изменился за последние годы, — заметил Коллинз, заметив мой интерес. — Резиновый бум преобразил город. Milner Rubber Works, Goodyear, Firestone, все они обосновались здесь. Мы стали настоящей резиновой столицей мира.

Гостиница «Портидж» оказалась внушительным зданием в георгианском стиле, с мраморными колоннами и красной ковровой дорожкой, ведущей от подъезда к вестибюлю.

— Мистер Милнер зарезервировал для вас лучшие номера, — сообщил Коллинз, когда мы вошли в просторное лобби с хрустальными люстрами. — Завтрак будет подан в семь тридцать, а в восемь тридцать за вами заедет автомобиль.