Книга Оракул с Уолл-стрит 3, страница 50 – Алим Тыналин

Жизнь сделала неожиданный поворот, и я наслаждался каждым моментом этого безумного путешествия.

Покинув «Синий лебедь», мы с О’Мэлли поймали такси на ближайшем углу.

Вечерний Нью-Йорк пульсировал огнями и звуками. Отдаленные гудки автомобилей, приглушенные звуки джаза из подпольных баров, обрывки смеха редких прохожих.

— Домой, босс? — спросил О’Мэлли, когда мы устроились на потрескавшейся кожаной обивке заднего сиденья.

— Да, — я подавил зевок. — Тяжелый был день.

— Это точно.

Пожилой таксист, смуглый мужчина с густыми седыми усами, крутанул ручку счетчика и вывернул на Бродвей. Расспрашивать о том, где мы были и что делали, он не стал. В этом городе водители, умеющие держать язык за зубами, жили дольше и богаче.

Когда мы добрались до дома на 42-й Восточной улице, вечерняя прохлада уже сменилась ночной сыростью. Свет в большинстве окон давно погас, лишь изредка за занавесками мелькали силуэты полуночников.

— Увидимся утром, — я кивнул О’Мэлли, направляясь к своей квартире. — Разбуди меня в шесть, если я сам не встану.

— Конечно, босс, — ирландец зевнул, поворачивая ключ в замке своей двери.

Оказавшись в квартире, я первым делом проверил замки и окна, задернул шторы и только потом позволил себе расслабиться. Быстро приняв душ, я лег спать.

Будильник зазвонил ровно в шесть, но я уже проснулся. Лежал, глядя в потолок и обдумывая предстоящую поездку в Акрон. Это шанс не только укрепить отношения с важным клиентом, но и, возможно, узнать больше о Continental Trust.

Быстро собравшись, я встретил О’Мэлли в коридоре. В отличие от меня, ирландец выглядел бодрым и отдохнувшим. Удивительная способность человека, привыкшего к жесткому распорядку тренировок.

— Доброе утро, босс, — поприветствовал О’Мэлли, протягивая небольшой термос. — Мисс Ходжес приготовила нам кофе. Крепкий, как вы любите.

— Спасибо, — я с благодарностью сделал глоток. — Поторопимся. Нужно заглянуть в офис перед отъездом.

Офис «Харрисон Партнеры» в столь ранний час был почти пуст. Лишь пожилая уборщица протирала медные таблички на дверях, да ночной сторож дремал в кресле у входа. Мы прошли к моему столу, где я быстро просмотрел накопившуюся корреспонденцию и оставил несколько записок с инструкциями.

— Мисс Петерсон, — обратился я к появившейся секретарше Харрисона, — передайте, пожалуйста, что документы для Милнера готовы и будут представлены ему лично в Акроне. Аналитическую записку по документам, которые он мне передал, я приготовлю к понедельнику.

— Конечно, мистер Стерлинг, — она сделала пометку в блокноте. — Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо. Мы вернемся как раз в понедельник.

В восемь часов мы уже прибыли на Пенсильванскмй вокзал. Огромный стальной купол, похожий на римский Пантеон, парил над головами тысяч спешащих пассажиров. Гулкие объявления диспетчера отражались эхом от мраморных стен, смешиваясь с шипением пара и лязгом металла.

— Нью-Йорк — Кливленд через Филадельфию, Питтсбург и Акрон, посадка на платформе номер семь! — разносилось из громкоговорителей.

Наш поезд, сверкающий хромированными деталями, уже ждал у платформы. В первом классе было немноголюдно, большинство пассажиров, способных заплатить за комфорт, предпочитали не путешествовать в пятницу утром.

— Не помню, говорил ли я вам, босс, но я никогда раньше не ездил в первом классе, — заметил О’Мэлли, разглядывая плюшевые сиденья и полированные деревянные панели вагона.