Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 86 – Алим Тыналин

Закончив с отчетом для Брукса, я перешел к дополнению аналитики для Вестона. Нефтяной магнат ждал детальную оценку целесообразности скупки мелких независимых компаний в регионе.

В анализе я настоятельно рекомендовал сосредоточиться на компаниях с правами на бурение в восточном Техасе, области, которая, как я знал, станет центром нефтяного бума начала 1930-х.

Эта работа заняла у меня все время до обеда. Завершив ее, я быстро перекусил хот-догом и выпил газировки. Слишком много дел, чтобы отвлекаться на ланч.

После небольшого перерыва я перешел к наиболее интригующему заданию. К анализу финансовых операций Metropolitan National Bank для Харрисона.

Эта задача не просто рутинная аналитика. Она давала мне возможность проникнуть глубже в тайны Уолл-стрит 1928 года.

Я разложил перед собой отчеты банка, его балансовые ведомости и списки крупнейших операций за последние два квартала.

— Стерлинг, — скрипучий голос заставил меня поднять взгляд, — наконец-то вы соизволили почтить нас своим присутствием.

Передо мной стоял Джонсон, один из старших брокеров фирмы, пятидесятилетний мужчина с аккуратно подстриженными седеющими усами и вечно скептическим взглядом.

— Добрый день, мистер Джонсон. Я как раз завершаю аналитику для Харрисона.

Он положил на мой стол папку с бумагами.

— Эти документы по фермерам Гарднерам и учителям Томпсонам требуют вашего внимания. Тридцать тысяч долларов не самая внушительная сумма по меркам фирмы, но для этих людей — все их сбережения.

Я кивнул, понимая его беспокойство. В моей прошлой жизни я бы не обратил внимания на такой «мелкий» счет, но здесь, в 1928 году, тридцать тысяч долларов представляли собой значительную сумму. Эквивалент почти четырехсот тысяч в ценах XXI века.

— Я займусь этим сразу после анализа для мистера Харрисона, — заверил я Джонсона.

— Хорошо. — Он помедлил, словно собираясь сказать что-то еще, но потом просто добавил: — Если вы успеете сегодня, будет просто замечательно.

Когда Джонсон ушел, я вернулся к изучению документов Metropolitan National Bank. Чем глубже я погружался в данные, тем отчетливее проступали странные закономерности. Банк осуществлял регулярные крупные переводы компаниям с пометкой «MNB».

Все транзакции проходили через сложную сеть дочерних компаний и офшорных счетов, но конечным пунктом назначения неизменно оказывался один и тот же анонимный трастовый фонд в Цюрихе. Около семи миллионов долларов перетекло по этому маршруту за последние шесть месяцев. Колоссальная сумма.

Интереснее всего даты переводов. Они совпадали с периодами высокой волатильности на рынке, когда многие инвесторы паниковали и сбрасывали акции по низким ценам.

Классическая схема манипуляции рынком. Искусственно вызвать панику, скупить подешевевшие активы, а затем позволить рынку восстановиться.

Я сделал подробные заметки, но осторожничал в формулировках для официального отчета Харрисону. Вместо прямого обвинения в манипуляции рынком я указал на «нестандартную корреляцию между движением капитала и рыночной динамикой» и на «потенциальные зоны регуляторного риска в международных транзакциях».

Подготовив все необходимые документы для утренней встречи с Харрисоном, я перешел к папке Джонсона о мелких клиентах.

История учителей Томпсонов и фермеров Гарднеров хорошо мне знакома. Люди среднего класса, всю жизнь откладывавшие каждый цент, теперь решили инвестировать свои сбережения, привлеченные перспективой быстрого обогащения на растущем рынке.