Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 38 – Алим Тыналин

— Отлично, — я кивнул. — Это дает нам достаточно времени для аккуратного формирования позиции.

Кляйн разложил еще несколько документов.

— Теперь о структуре операции. После определенного внимания со стороны Morgan Bank к последней сделке, я предлагаю следующие изменения…

— Подождите, — я поднял руку. — Давайте я изложу свое видение, а вы скажете, насколько оно совпадает с вашим.

Кляйн кивнул, откинувшись в кресле.

— Мы должны использовать как минимум восемь разных брокерских контор вместо четырех, — начал я. — Причем четыре из них должны быть не в Нью-Йорке, а в других городах — Бостоне, Филадельфии, Чикаго и, возможно, Кливленде.

Я достал из портфеля подготовленную схему.

— Капитал нужно распределить неравномерно. Некоторые фирмы получат больше, некоторые меньше. Это создаст естественную асимметрию, затрудняющую отслеживание.

Кляйн внимательно изучал мою схему, периодически кивая.

— Для каждой брокерской фирмы мы используем отдельную подставную компанию с собственной историей и документацией. Никакой видимой связи между ними, — продолжил я. — Кроме того, мы должны дифференцировать не только покупку акций UGI, но и покупку акций других газовых компаний, включая конкурентов. Это замаскирует наш истинный интерес.

— Продуманно, — заметил Кляйн, делая пометки. — Добавлю, что мы уже подготовили пять новых юридических оболочек с полным комплектом документов, датированных задним числом. Две из них якобы существуют с 1921 года, остальные с 1924–1925.

Он протянул мне папку с документами.

— Здесь все необходимое для вас. Доверенности, банковские записи, рекомендательные письма от «уважаемых» бизнесменов.

Я просмотрел документы. Качество подделок, как всегда, впечатляло. Печати банков, нотариальные заверения, даже легкие потертости на углах, создающие впечатление реальных, используемых документов.

— Теперь о капитале, — Кляйн перешел к следующему вопросу. — Общий инвестиционный пул составляет три миллиона долларов.

Он открыл большой сейф в углу кабинета и достал оттуда три черных портфеля, которые поставил на стол.

— Здесь первый транш девятьсот тысяч долларов. Остальные средства будут предоставлены по мере необходимости.

Я открыл один из портфелей. Внутри ровными стопками лежали банкноты достоинством в сто, пятьсот и тысячу долларов. Это было состояние. Средняя годовая зарплата в Америке 1928 года составляла около полторы тысячи долларов.

— Как вы планируете физически управлять такими суммами? — спросил Кляйн. — Даже распределенные между несколькими офисами, они привлекут внимание.

— Я не буду переводить всю сумму в акции сразу, — ответил я. — Для каждой брокерской фирмы разработаю диверсифицированную стратегию. Часть в акции UGI, часть в другие газовые компании, часть в облигации с высоким рейтингом.

Я сделал паузу, обдумывая детали.

— Кроме того, мы не будем использовать только наличные, — продолжил я. — Часть средств я переведу в банковские векселя и тратты. Это упростит перемещение между городами и уменьшит риск физической утери.

Кляйн кивнул, явно одобряя мой подход.

— Что насчет прикрытия для перемещений? — спросил он. — Поездки в разные города могут вызвать вопросы в вашей фирме.

— Мы будем отправлять туда посредников, — ответил я. — Если понадобится, в особо важных случаях я могу выехать сам. У меня есть алиби. Харрисон дал мне задание изучить возможности расширения клиентской базы за пределами Нью-Йорка. Это идеальное прикрытие для поездок в Бостон и Филадельфию. Для Чикаго и Кливленда смогу использовать выходные дни.