Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 131 – Алим Тыналин

Это неизбежный вопрос, который задавал каждый, кому я объяснял концепцию самообслуживания. Я уже отвечал на него Хаттону, управляющему финансами Фуллертона.

— Охрана, стратегически расположенные зеркала, открытая планировка для лучшего обзора, — я перечислял подготовленные аргументы. — Но главное психология. Большинство людей честны по своей природе. А те потери, которые действительно случатся, компенсируются значительным увеличением продаж.

— Увеличением продаж? — скептически повторил Дэвидсон. — С чего бы им увеличиваться?

— Потому что когда человек сам держит товар в руках, он с гораздо большей вероятностью его купит, — объяснил я. — А когда товары расположены так, что сами «рассказывают свою историю», покупатель приобретает больше, чем первоначально планировал.

Я видел, что они все еще не убеждены, и решил сменить тактику.

Дождь почти прекратился, но земля на строительной площадке представляла из себя сплошное месиво грязи. Мы осторожно переступали через лужи.

— Джентльмены, давайте проведем небольшой эксперимент. Пройдемте в недостроенное здание.

Выйдя из вагончика и, пробираясь между строительными материалами и рабочими, мы направились внутрь будущего магазина.

Первый этаж представлял собой огромное пространство с бетонным полом и металлическими опорами, поддерживающими верхние этажи. Здесь было гораздо тише, чем снаружи, и наши шаги гулко отдавались от стен.

Я достал из кармана мелок и начал рисовать на бетонном полу.

— Представьте, — я чертил схему, — здесь центральный проход, широкий, не менее двенадцати футов. От него отходят боковые проходы, каждый по восемь футов шириной. Покупатель входит здесь, — я сделал отметку у воображаемого входа, — и его естественное движение следует по часовой стрелке.

Я продолжал рисовать, создавая детальную схему на полу. Постепенно пространство стало «оживать» в моих описаниях.

— Вдоль этой стены располагаются товары повседневного спроса: хлеб, молоко, масло, — я указывал на разные участки. — Это привлекает покупателя вглубь магазина. В центре товары импульсивного спроса, их видно со всех сторон. У каждой секции свое освещение, выделяющее товары.

Я заметил, что скептицизм начал уступать место профессиональному интересу. Даже суровый Дэвидсон присел на корточки, чтобы лучше разглядеть мою схему.

— А здесь, — продолжал я, — специальная зона для детей, где матери могут оставить детей под присмотром, пока совершают покупки. Представьте, какое это преимущество для домохозяек!

— Нигде такого нет, — пробормотал Томпсон, но в его голосе уже звучало скорее восхищение, чем скептицизм.

— Именно! — я выпрямился. — Потому что мы создаем не то, что уже есть, а то, что будет. Магазин будущего, джентльмены.

Хендерсон, который все это время делал заметки, внезапно оживился.

— Мистер Стерлинг, насчет освещения, я думаю, мы могли бы использовать новую систему неоновых ламп вместо традиционных ламп накаливания. Они дают более ровный свет и меньше нагреваются. К тому же гораздо более яркие.

— Превосходная идея, — я кивнул, искренне впечатленный тем, что в 1928 году уже рассматривались такие технологии. — Особенно для отдела свежих продуктов. Расскажите подробнее.

Следующие два часа превратились в настоящий мозговой штурм. Мы ходили по бетонному полу, споря о ширине проходов, расположении касс, системах вентиляции и освещения.