Книга Оракул с Уолл-стрит 1, страница 74 – Алим Тыналин

Следующие полчаса мы беседовали на нейтральные темы. Спорт, современное искусство, автомобили.

Мэдден оказался удивительно образованным и начитанным для человека его профессии. Он с знанием дела обсуждал последние постановки на Бродвее и новые литературные произведения. В его речи не было следа уличного жаргона или грубости, свойственной криминальным боссам из кинофильмов.

Когда с ужином было покончено, Мэдден проводил меня до выхода:

— Было приятно поговорить с человеком вашего интеллекта, Стерлинг. Я предчувствую, что наше сотрудничество будет долгим и плодотворным.

— Взаимно, мистер Мэдден, — я пожал его руку, запечатывая нашу договоренность.

У входа уже ждал автомобиль — роскошный черный Packard с водителем.

— Мой шофер доставит вас до дома, — сказал Мэдден. — До свидания, мистер Стерлинг.

— До свидания, мистер Мэдден.

Усаживаясь на мягкое кожаное сиденье автомобиля, я размышлял о том, что только что произошло. Я заключил сделку с одним из самых известных гангстеров Нью-Йорка. Сомнительный альянс с точки зрения закона и морали, но необходимый шаг с точки зрения моей стратегии.

Когда Packard тронулся с места, я еще раз взглянул на ресторан «Винченцо». Если не знать точное расположение, в темноте легко пройти мимо.

Четверг начался для меня в половине пятого утра. Я проснулся до звонка будильника, чувствуя необычайную бодрость, несмотря на предыдущий насыщенный день и поздний ужин с Мэдденом.

Тихо поднявшись с кровати, я достал из комода хлопковые брюки свободного покроя, простую белую футболку и теннисные туфли. Экипировка для бега в 1928 году была весьма примитивной по сравнению с высокотехнологичной одеждой и обувью в будущем времени.

На кухне я быстро выпил стакан воды и съел половину яблока. Затем тихо спустился по лестнице, стараясь не разбудить других жильцов. На улице меня встретил прохладный утренний воздух, еще не успевший прогреться июньским солнцем.

Я начал с легкой пробежки трусцой по направлению к Центральному парку. Улицы практически пусты, если не считать редких доставщиков молока, булочников и уборщиков. Многие из них с недоумением оглядывались на меня, молодого человека, бегущего без видимой причины.

— Эй, парень, за тобой кто-то гонится? — крикнул мне пожилой дворник, подметавший тротуар перед маленькой бакалейной лавкой.

— Нет, сэр, просто утренняя пробежка, — ответил я на бегу.

— Чудные нынче пошли молодые люди, — покачал он головой, возвращаясь к своему занятию.

В двадцать первом веке бегуны были неотъемлемой частью городского пейзажа. В 1928-м человек, бегущий трусцой по улицам, вызывал недоумение или беспокойство.

Физические упражнения в эту эпоху пока еще удел профессиональных спортсменов. Или они проводились в специальных залах. Идея о том, что обычные люди могут бегать для поддержания здоровья, еще не прижилась.

Достигнув парка, я увеличил темп. Легкие наполнились свежим воздухом, свободным от смога и выхлопных газов современного мегаполиса. Бег всегда помогал мне думать, структурировать мысли, просчитывать варианты.

Сегодня мой разум был занят анализом вчерашних успехов и планированием следующих шагов. Утренний успех с акциями Baldwin, привлечение Милнера с его миллионами, предложение о работе от Прескотта, соглашение с Мэдденом. Все складывалось даже лучше, чем я ожидал.