Книга Оракул с Уолл-стрит 1, страница 189 – Алим Тыналин

Но предупреждение профессора напоминало, что мои действия и взгляды не остаются незамеченными. И далеко не всем нравится то, что они видят.

Я закончил с последними документами и начал собираться домой. Завтра предстояло многое сделать.

* * *

Предрассветные часы стали моим излюбленным временем для трансформации. Город еще спал, улицы пустовали, и вероятность случайной встречи со знакомыми стремилась к нулю.

В пять тридцать утра я уже завершал последние приготовления.

Квартира наглухо зашторена, а на обеденном столе разложены все необходимые инструменты перевоплощения. Как актер перед выходом на сцену, я создавал не просто иную внешность, но и другую личность.

Первым делом я изменил осанку. Уильям Стерлинг держался прямо, с легкой энергичностью молодого человека. Роберт Грей спокойнее, с еле заметным наклоном вперед.

Воплощение осмотрительного финансиста средних лет. Затем пришла очередь парика. Не просто накладных волос, а шедевра маскировки, созданного профессиональным театральным мастером. Русоватые волосы с проседью у висков, идеально повторяющие естественную линию роста.

Тонкие стальные очки в роговой оправе. Накладные усы, не броские, но придающие лицу характерность.

Последним штрихом стал грим. Несколько штрихов для углубления морщин у глаз, легкое изменение линии бровей, чуть заметное родимое пятно на правой скуле. Все эти детали, незначительные по отдельности, в совокупности создавали новую личность.

Я окинул критическим взглядом свое отражение. Безупречно. Даже если бы кто-то из «Харрисон Партнеры» столкнулся со мной лицом к лицу, он не узнал бы молодого Стерлинга в этом солидном финансисте.

Костюм завершал преображение. Консервативный твидовый тройной с приглушенным клетчатым узором.

Визуальный маркер человека с традиционными вкусами, чуждого современным веяниям. Золотая цепочка карманных часов. Дань старомодности, редко встречающаяся у молодежи.

Трость с серебряным набалдашником. Не для опоры, а как знак принадлежности к определенному классу.

Закончив с внешностью, я приступил к самому важному.

К ментальному перевоплощению. Отбросив манеры и речь Уильяма Стерлинга, я полностью погрузился в образ консервативного, несколько педантичного бостонского банкира.

Изменил тембр голоса, сделав его глубже, добавил легкий бостонский акцент с характерным растягиванием гласных. Движения стали размереннее, жесты сдержаннее.

Роберт Грей обрел плоть и кровь.

Из тайника за книжным шкафом я извлек последний необходимый элемент операции. Кожаный портфель с документами. Все готово для начала игры.

Проверив улицу через приоткрытые шторы и убедившись в отсутствии наблюдения, я покинул квартиру через черный ход, ведущий во внутренний двор. Не следовало привлекать внимание соседей столь ранним визитом господина в годах, которого прежде не видели в этом доме.

Бледно-желтое такси доставило меня к отелю «Плаза»

Там я назначил встречу с представителями первого финансового учреждения. Была половина восьмого утра, когда я вошел в просторный вестибюль, отделанный мрамором и позолотой.

— Мистер Грей, — консьерж склонил голову. — Господа из Morgan Brothers ожидают вас в малой конференц-зале.

Пожилой администратор отеля с безупречно подстриженными усами проводил меня к нужной двери. Отель «Плаза» идеальное место для подобных встреч. Престижный, но не привлекающий излишнего внимания, с безупречной репутацией и гарантированной конфиденциальностью.