Книга Полтора дракона для травницы, или Таверна «С любовью», страница 113 – Елена Амеличева

— Господи, что же мне делать? – разрыдалась, мечтая, чтобы весь этот ужас оказался лишь кошмаром.

— Не смейте! – яростное рычание перекрыло шум.

Растолкав всех, Рэйчэр перескочил через кафедру и закрыл меня собой.

— Никто и близко не подойдет к моей жене! – бросил он, тяжело дыша. – Разорву в клочья любого!

Я вздрогнула, увидев, как ногти на его пальцах мгновенно выросли, превратившись в смертоносные драконьи когти. Уверена, остальные тоже это заметили. Крики прекратились. Молодчики, что рвались ко мне, попритихли. Застыв в нерешительности, они уж не горели желанием исполнять хорошо оплаченную «святую волю» епископа, ведь послушание могло стоить им жизни.

— Взять ее! – продолжил надрываться Альгат. – Чего застыли?

— Так порвет же дракон, - пробормотал тот из парней, что стоял ближе к нему.

— Всем, кто погибнет в борьбе за правое дело, гарантировано место в раю! – «расщедрился» негодяй.

Но это не помогло. Привычная жизнь на грешной земле была молодчикам милее всяких райских сомнительных выслуг.

— Прокляну! – взвыл мой враг и обернулся к народу. – Кто ведьму сожжет, все грехи отпущу! – прокричал он. – До самой смерти, любые! И особняк в придачу!

Люди переглянулись. Их глаза недобро загорелись. Жадность взяла вверх. Многие шагнули вперед и двинулись на нас.

— Аленький, ничего не бойся, - шепнул Рэйчэр, обернувшись на меня из-за плеча. – Все будет хорошо!

Я кивнула, хотя меньше всего была уверена в благополучном исходе мероприятия. Теперь оставалось лишь надеяться на волю Господа. И, наверное, сожалеть, что я все-таки не ведьма.

— Всем стоять! – прогремело в зале суда.

Такой знакомый голос, неужели?..

— Прекратить немедленно! Приказываю вам как епископ Лаверна!

Люди расступились, и я убедилась, что мне не кажется – к нам шел Григорио!

— Епископ я! – завизжал Альгат, брызжа слюной. – А вы… А вам…

— Заткнись, выродок! – Палау двинул ему в рожу кулаком и, перекрестившись, пробормотал, глядя на мешком упавшее тело, - прости, Господи!

— Вы живы! – я бросилась ему на шею. – Бог вернул вас нам! Сжалился и вернул!

— На все его воля, - наш епископ – настоящий – кивнул и передал меня в руки супруга.

— Ты не имеешь права! – прошипел Альгат, встав с пола. – Я тут власть! Ты даже не представляешь, против кого прешь, Палау! Ты глупец, тут такие силы…

— Превыше всех Господь! – повысил голос Григорио.

Они встали напротив друг друга, словно воплощенные зло и добро.

— Он-то на небе, далеко, - с ухмылочкой протянул мерзавец. – А тут и на тебя управа найдется!

— Чем угрожаешь? – наш епископ улыбнулся.

— Королева тебе объяснит! – выплюнул Альгат.

Я вздрогнула. И опять она всплыла. Ваше Величество явно при чем. Всегда – в том, что касается бед моей семьи.

— Королевской властью пугать вздумал? – Палау усмехнулся. – Тогда вот, - он подошел к постаменту, за которым попрятались судьи, покашлял для приличия, привлекая их внимание, и шмякнул на стол рулончик с сургучной огромной печатью. – Указ короля о закрытии данного судебного заседания в связи с установлением невиновности обвиняемой – королевской властью!

— Как хорошо, что вы вернулись! - пробормотал главный судья и, поправив сползший набок парик, дрожащими руками цапнул свиток.

— Она ведьма! – истошно завопил Альгат, напоминая обиженного до соплей ребенка.