Книга Сыны Каина. Капкан на любовь, страница 72 – Елена Амеличева

Я помрачнела и тут же одернула сама себя. С каких пор меня интересуют его бабы? Хочу получить от Литвинова информацию об отце — до того, как он попадет к Хранителям, и все. Только на таких условиях согласилась участвовать в этом балагане. Ради правды о смерти папы и не на такое пойду. Так что остается только сжать зубы и сделать то, что от меня требуется.

Кто я, получается? Приманка? Предательница? Разведчица? Нет, все не то. Из груди вырвался протяжный выдох. Водитель тут же насторожился. Видимо, ему приказали тщательно отслеживать мое психологическое состояние. Боятся, что сорвусь? Не доверяют? Я разозлилась. На каких основаниях? Давид Гор снял все обвинения, даже повысил, можно сказать. Что еще не так?

Я поняла, что именно, когда после стука в дверь Горай открыл ее. Одетый во все черное, он был похож на актера. Пиджак до середины бедра с воротником стоечкой ему неимоверно шел. А уж эта легкая седина в волосах! Сердце даже не стало пропускать удары и выписывать кульбиты, или как там в романах пишут, оно просто сладко сжалось и рухнуло в пятки. Мне оставалось только надеяться, что джинсы не упадут сами по себе туда же.

— Здравствуй, Магда. — Он улыбнулся. Мне показалось, что радостно. Или это самомнение кому-то пора поубавить?

— Здравствуй, Горай. — Пришлось откашляться.

— Что-то не так? — Страж нахмурился.

Вот, еще и в номер не вошла, а уже прогореть успела, Мата Хари провинциального розлива! Или… Уши запылали, потому что поняла причину его недоумения — я стою в дверях и глазею на него.

— Можешь не беспокоиться, вреда тебе не причиню. — Мужчина, посторонился, пропуская меня в номер. Кажется, он истолковал мое замешательство по-другому.

Молча прошла в комнату. Красно-коричневые тона, столик, двуспальная кровать. Зачем ему двуспальная? Неужели не один прилетел? Вдруг сейчас из ванной выпорхнет супермодель в легком полотенчике, которое едва прикрывает крошечную задницу?

А с каких пор для меня это имеет значение?! Я по-настоящему разозлилась на себя и сжала кулаки.

— Не молчи. — Раздалось в наушнике. — Будь естественной, Магда.

Голос Игоря Леонидовича подействовал — лишние мысли убежали, их место заняли нужные.

— Так что ты узнал о моем отце?

— Прямо так, с ходу? — он усмехнулся и указал на стул рядом с небольшим столиком. — Позволишь угостить тебя чем-нибудь?

— Нет. — Я помотала головой и осталась стоять посреди комнаты.

— Может, поужинаем? — продолжил терзать мое терпение Горай. — Внизу есть ресторан.

Как ему объяснить, что я-то терпелива, а вот Хранители не очень? Мне не так уж много времени предоставили, чтобы успела узнать самое важное.

— Ты знаешь, что я здесь не ради ужина.

— Что ж, — мужчина встал и подошел ко мне.

Кажется, он обижен. С чего бы? С трудом подавила желание сделать шаг. И даже не поняла, куда хотела двинуться, от него, или к нему.

— Как у тебя дела? — тихо спросил Страж, вглядываясь в мое лицо.

Какие глаза у него! Радужка и серая, и голубым отливает, и в то же время янтарное озеро вокруг зрачка плещется. Он облизал губы — нервно, судорожно, и мысли вновь разбежались.

— Горай, — тихо прошептала я, когда моя ладонь оказалась в его руках. Такие сильные и одновременно нежные. Прикосновения приносили удовольствие и будоражили, по телу пробегали тысячи покалываний, как бывает с языком, когда наберешь полный рот шампанского. Да, метафоры не мой конек.