Книга Охотница. Ангел Губитель, страница 133 – Елена Амеличева

Как бы то ни было, пришлось признать, что мне понятен поступок Ангела Смерти, который стал человеком – слишком велико было искушение! Сложно отказаться от единения со всей Вселенной, когда чувствуешь движение звезд и поток времени, а они ощущают тебя. Скорее, даже невозможно.

Из-за беспокойства, что Юлия, наверно, уже заждалась, пришлось перейти на бег и попутно застонать от восторга, ощущая, как работает буквально каждая мышца в организме.

Даже не запыхавшись, я подбежала к женщине, прогуливающейся по набережной, и залюбовалась ею. В светлых волосах искрилось солнышко, делая их нимбом. Голубые глаза соперничали с бездонным небосводом. Платье в золотых тонах делало ее похожей на жар-птицу.

— Здравствуйте! – я с трудом подавила желание обнять Юлию. Не думала, что так соскучусь за несколько дней! – Сначала мне нужно вам…

— Гюле рассказала. – Перебила она. – Саяна, это никоим образом не влияет на мое отношение к тебе. Но перестань мне «выкать», очень тебя прошу.

— Договорились.

Мы медленно пошли по набережной. Легкий ветерок покрывал водную гладь нестерпимо сияющими чешуйками, от которых отскакивали безумные солнечные зайчики, безжалостно жалящие в глаза. Огромные каменные глыбы, сложенные вдоль берега длинной грядой, жарились на солнце.

Жизнь текла вокруг мощным потоком. А моя остановилась. Она была как горячий необъезженный скакун, который, встав на дыбы, жаждал нестись во весь опор в неведомые дали, а я не пускала, натянув поводья, удерживала на месте. Потому что мне было страшно. Примириться с переменами всегда непросто. Особенно с такими глобальными.

— Как Данила? – спросила я, понимая, что в его жизни сейчас тоже не все гладко.

Думаю, свыкнуться с тем, что мать убила отца, не легче, чем смириться с тем, что любимый сделал тебя санклитом.

— По-разному. – Юлия остановилась у деревянной скамейки. – Присядем? Он то не подпускает меня к себе, выставляет иголки, как еж, то старается помириться. А потом все по новой.

— Он любит тебя.

— Знаю. Но мы никогда не поймем друг друга. Шамиль исковеркал ему и характер, и судьбу. А я это допустила. Молодая была, любила его. Дура.

— Все наладится.

— Надеюсь. – Она улыбнулась. – Я отправила его в Петербург. Туда сейчас, похоже, все дороги ведут.

— Ничего не прояснилось?

— Больше вопросов, чем ответов. Но… – Она вздрогнула от громкого тоскливого всхлипа чайки, вспоровшего небо. – Назревает что-то крупное, очень. Я собрала неплохую команду, работа идет, но со скрипом. Кстати, – женщина посмотрела на меня. – Твоя светлая голова тоже там пригодилась бы. Но если откажешься, пойму. Может, у тебя были планы?

— Сейчас у меня планы вообще отсутствуют. – Я пожала плечами. – Так что помогу, чем смогу. Есть только две проблемы. Во-первых, Арсений куда-то пропал.

— Не волнуйся. Мы обшарили весь Коцит и окрестности, трупа не нашли. Он живучий, как таракан. Везде выживет, вывернется, и еще с наваром останется. Не беспокойся за него, объявится.

— Надеюсь.

— А второе?

— Бумажный вопрос. Паспорт, визы…

— К вечеру все пришлю с курьером. В Петербурге тоже все утрясем.

— Спасибо.

— Жилье предоставим.

— Нет, квартиру хочу снять сама.

— Как пожелаешь. Спасибо за помощь, Саяна.

— Пока не за что.

— Можно спросить о Горане?

Я вздрогнула.