Книга Карающая длань, страница 74 – Елена Амеличева

С нами полетели Юля и, конечно, охрана – в том числе, оба демоненка. Сеня и Кира остались в Стамбуле заниматься фондом под моим дистанционным наблюдением. Для всех я ушла в декрет, чтобы доносить малышей в покое, наслаждаясь красивой природой, дыша свежим воздухом и поедая фрукты, не состоящие наполовину из химии.

Остров, где, говорят, среди местных зеленых предгорий и знаменитых рисовых террас ходят боги и демоны, встретил нас сезоном дождей. Но доброта Бали проявлялась даже в этом – погода, как веселый карапуз, не умеющий долго грустить, вдруг хмурилась, но дождик чаще всего шел несколько минут, а потом снова светило солнышко. В компенсацию за мелкие неудобства в виде необходимости постоянно таскать с собой зонтик вечно зеленый рай баловал нас теплой, как парное молоко, водой. Первые дни мы почти не вылезали из нее, возвращаясь в дом Руфи лишь чтобы поесть, поспать и заняться любовью.

Конечно, у острова имелась и темная сторона – высокая преступность, мусор, коррупция, плюс все то, что привносят туристы, руша строгие религиозные основы местного общества и искушая молодежь иным образом жизни. Этот рай помнит и рабство, и предательство, здесь реками лилась кровь, бушевали войны, процветали насилие и рознь. Но отдыхающих не интересовало мрачное прошлое. Они приехали в рай, заплатили за блаженство и намерены были получить и его, и персонал, который улыбается, хвалит, поощряет и стремится во всем угодить.

Как женщине, мне претило полное бесправие прекрасного пола, патриархальным строем загнанного на Бали в строгие рамки. Развод здесь – небывалое дело, скандал. От той, что решилась на него, отворачиваются все, делая ее парией, изгнанной из общины. Но, как будто этого мало, женщины в случае развода уходят из дома мужа с тем, с чем пришли в него, а дети обязательно остаются с отцом – особенно мальчики.

Бали называют островом равновесия добра и зла – и не зря. Всюду, даже когда не хотела, я видела призрачные тени, ощущала резкие перепады энергетики. Грань между мирами здесь настолько тонка, что частенько мне хотелось спросить, видит ли Горан то же, что и мои глаза. Но задавать такой вопрос санклиту, который только начал приходить в себя, было нельзя.В те дни, которые не остались у меня в памяти, Драган стоял на коленях у кровати, глядя в мои пустые глаза, звал, уговаривал, рыдал, чувствуя, как я ухожу все дальше. Он никогда не забудет этот ужас. Минимум, что я могла сделать – не давать ему новых поводов для переживаний – что было непросто, учитывая мой усиленно растущий живот, на котором часто останавливался тревожный взгляд мужчины, и залечивать любовью и лаской его раны. Но в данный момент меня волновали совсем другие, более прозаические проблемы.

— Я похожа на пончик! – пожаловалась мисс Хайд, глядя в зеркало. – И у меня четыре подбородка!

— Очень аппетитный пончик! – промурлыкал Горан и уточнил, озорно улыбнувшись, – и не четыре, а всего два!

— Спишь в гостевой! – мстительно прошипела я.

— Смилуйся, беременное безобразие мое! Ты все равно самая красивая и желанная!

— Да? – я с сомнением покосилась на дирижабль в зеркале.

— Да! – мужчина прижался ко мне выпуклостью в брюках, подтверждающей его слова.

— Драган, ты извращенец! – я расхохоталась. – Только у тебя может стоять на это!