Книга Карающая длань, страница 61 – Елена Амеличева

— Я принимаю ее. – Прошептали мои губы. Женщины поднялись и длинной чередой двинулись в метель. Когда они проходили мимо, глядя в глаза, я ощущала их благодарность. Ледяные ладони касались моей руки. По лицу ручьем текли слезы.

А потом из снежного вихря вышел… Киллиан! Быстрыми шагами этот монстр вклинился в толпу санклиток, заставив их отшатнуться в сторону, как стайку рыбок от акулы, не давая покоя даже после смерти, и двинулся ко мне. Горан зарычал и переместил меня за спину.

— Успокойся, родной, он уже ничего никому не сделает. – Я погладила его по спине. – Все хорошо.

— Саяна, супруга моя, с каких пор ты прячешься за чьи-то спины? – пропел потомок Ангелов, встав напротив нас.

— Катись обратно в ад! – процедил Драган в ответ.

— Там скучно. Да и здесь еще есть незаконченные дела.

— Признайся честно, – съязвила мисс Хайд, выглянув из-за плеча Горана, – тебя и оттуда выгнали? И там никому не нужен?

— Ты ни капли не изменилась. –  Киллиан покачал головой. – Такая же дерзкая!

— Я должна поговорить с ним, любимый. – Мне пришлось силой разворачивать санклита к себе лицом.

— Не отойду ни на шаг! – прорычал он.

— Хорошо, родной. Но тебе будет очень больно это слушать.

— Ради тебя я стерплю любую боль, сокровище мое!

— Как скажешь. – Я остановилась в паре метров от этого монстра, лицом ощущая идущую от него ледяную волну, а спиной чувствуя горячую грудь моего санклита.

Киллиан, существо вне закона – и людского, и божьего, стал тенью. Но зло, порожденное им, жило до сих пор. В том числе, и рваной раной в моем сердце.

— На это раз, надеюсь, ты ничего не заминировал? – чувство юмора, как всегда, было при мне.

А что, в первую встречу, когда он увел с собой Киру, была заложена бомба под рестораном. Во вторую, в день моей свадьбы, мерзавец проделал тот же фокус с садом, где мы с Гораном планировали произнести клятвы любви и верности. Киллиан усмехнулся, растянув узкие длинные губы и обнажив хищные резцы.

— Одна маленькая кнопка, а столько проблем! Помнишь эти слова?

— Помню. – Я кивнула. – Это было в тот день, когда мне пришлось уйти с собственной свадьбы, чтобы спасти близких.

— Ты обманула меня и предала!

— Не отрицаю.

— Но почему, Саяна? Неужели ты считаешь, что этот жалкий санклит достоин тебя? Единственного Ангела на земле?

— Помнишь, во время первого завтрака здесь, ты наглядно продемонстрировал мне, что думаешь о санклитах? – спросила я и сама вспомнила, как мужчина поставил перед собой бокал, налил в него рубиновое вино, потом схватил хрустальный кувшин и начал туда же лить воду из него.

Она лилась в бокал, вино пропитало льняную салфетку под ним, хлынуло на каменные плиты, а Киллиан все продолжал, глядя мне в глаза. Когда кувшин опустел, он поднял бокал с едва заметной розовой взвесью.

— Что будет, если тысячелетиями разбавлять кровь потомка ангела человеческой? Смотри. Что в нем? Вино? Нет, вода.

— Эта метафора применима ко всей твоей жизни, Киллиан. Ты был, как тот бокал с вином. Чистая, незамутненная злом душа. Настоящий Ангел. Но ты лил в этот бокал ненависть, месть, злость, обиду, вызов Богу, страдания и боль. Что теперь в тебе осталось? Ты полон зла. И лишь едва уловимая взвесь – тень той ангельской чистоты. Лишь тень – как и ты сам.