Книга Преисподняя, страница 97 – Елена Амеличева

— О, маэстро Мулцибер! – восхитился Абигор. – Как всегда, на высоте! – он подхватил меня и…

— Этот танец Ангел обещала мне. – Остановил его Люцифер.

Мулцибер? Демон–архитектор, построивший этот великолепный дворец? Мой разум заметался, и я безропотно позволила хозяину преисподней закружить меня под музыку.

Перед глазами встали высоченные деревья с ветвями до земли, усыпанные желтыми цветами. Так когда–то выглядел лкеса. Одуряющий медовый аромат нанес удар, как боксер, голова стала восхитительно пустой, смех сам по себе сорвался с губ, захотелось кружиться, кружиться, кружиться…

А вот и он, Мулцибер, темноволосый и улыбающийся. У него на руках крошка–дочь. Малышка смеется, запрокинув голову с «шапочкой» светлых волос. У нее такие же желтые глаза, как и цветущий лкеса. И у них вместо зрачка вертикальная игла из разноцветных частиц.

Я вздрогнула и очнулась. Что это было? Чьи–то воспоминания? Почему они приходят ко мне? Как можно вспоминать то, что не твое? Что, черт побери, происходит?!

Так, сейчас гораздо важнее, где я. Сумрак, тишина, впечатляющих размеров ложе в центре. А рядом со мной стоит Люцифер. Его глаза опять странно блестят, пробуждая досадное понимание – госпожа Ангел что–то упускает! Почему он так действует на меня? Почему рядом с ним я чувствую себя акварельным рисунком, на который щедро вылили ведро воды, заставив расплываться во все стороны разноцветными разводами, становясь непонятной лужей?

— Какого… ты притащил меня в свою спальню?! – полыхнула мисс Хайд.

— Ну, я же Дьявол. – Он усмехнулся.

Ух ты, боже мой, да неужто это была попытка пошутить? Не удержавшись, я фыркнула.

— Разве ты не хотела на нее посмотреть?

— И мысли такой не имелось! Я с куда большим удовольствием полюбовалась бы тем, как ты, навернувшись со своего трона, летишь вниз, пересчитывая копчиком ступеньки! У тебя ведь есть копчик?

— Есть. Показать?

— Спасибо, верю на слово. – Надо же, у сатаны остроумие прорезалось. Это мое тлетворное влияние?

— А еще у меня есть бесконечное терпение. Но оно скоро кончится. И я перестану с улыбкой взирать на то, что ты вытворяешь, Ангел мой.

— И таки что? Отшлепаешь? Прямо здесь, в своей спальне? Будет похоже на дешевый порнофильм, не находишь?

— Что ж, если тебе так претит находиться здесь, давай пройдем в кабинет. – Он указал рукой на дверь, которая тут же распахнулась.

— Кины не будет. – Констатировала мисс Хайд, проходя в соседнюю комнату. На языке уже вертелась едкая ремарка, но увиденное отбило охоту шутить.

Когда–то давно, в прошлой жизни, когда я еще была обычной смертной, мы с братом попали в музей художника Ганса Руди Гигера – создателя известного монстра–ксеноморфа из цикла фильмов «Чужие». Черепа, позвоночники, чужие во всех видах – такое не забудешь. Глеб сразу же заклеймил эксцентричного художника слугой сатаны.

То, что я увидела в кабинете Люцифера, очень напоминало тот музей. Только все это не было бутафорией из пластика, картона и железа. По потолку вились настоящие позвоночники Владык суши. Из грудных клеток сделали кресла. Вместо письменного стола использовали часть белоснежного черепа. Стены были занавешены частями перепончатых крыльев – на одной черных, на противоположной белых. Ожерелья из зубов и когтей заставляли их прогибаться складками, словно это были самые обычные шторы.