Книга Королевская кровь. Книга 6, страница 108 – Ирина Котова

Кто-то из девчонок периодически заглядывал в душевую, кто-то заходил тоже ополоснуться после покатушек, весело переговаривался с Ситниковым. Алинка слушала эти разговоры и улыбалась — чувствовалось в них дружеское единение, как между людьми, которые много вместе пережили. Интересно, если она дойдет до седьмогo курса — тоже так сдружится со своими одногруппниками?

После душа она сидела за столом и пила горячий чай, пока мылся Матвей. Димка уже вернулся с девушкой, и они расположились тут же, довольные. Никого, казалоcь, не смущала такая откровенная, быстрая любовь. Поляна травил байки, открывал бутылки и угощал всех мандаринами, девчонки влюбленно смотрели на него, потихоньку возвращались из бани красные, распаренные парни, Василий-гитарист уже наигрывал что-то на гитаре, и места за столом постепенно заполнялись шумными, полупьяными студентами.

Наконец, вернулся и Матвей. Сел рядом с Алинкой, но не приобнял ее, как обычно — принцесса удивленно покосилась на него. Привыкла уже, что он постоянно прижимает ее к себе. Да и вообще сегодня он был странно молчалив и сдержан.

— Я тебя ничем не обидела? — шепотом спросила она у него.

— Нет, ты что, — гулким шепотом ответил Ситников и наконец-то положил руку ей на спину, — с чего такие мысли, малявочка?

— Так просто, — радостно ответила она и поцеловала его в щеку.

Веселая студенческая гулянка с песнями под гитару постепенно вошла в привычную безудержную колею. Все курили, целовались и хохотали, девчонки залезали парням на колени, парни лапали их, пили, обменивались анекдотами — и Алинке тоже было весело, и она хихикала, прижавшись к Матвею, осторожно пила вино, наблюдала за всем этим настолько далеким от ее жизни весельем и поджимала замерзшие ноги. Странно — чем больше она пила, тем зябче ей становилось, и она все вжималась в Матвея, пока он не посмотрел на нее странно и не обхватил крепче тяжелой рукой.

— Холодно, — виновато объяснила она.

— Да ты что, — удивился он и провел ладонью вдоль спины, — тут натоплено так, что дышать нечем. Ты не заболела? Да нет, вроде, здорова.

— Вот сейчас теплее стало, — пробормотала она с удовольствием. От Матвея шли волны жара, и она обхватила его руками, почти забравшись на него, поджала ноги. Ситников осторожно прикоснулся к ее макушке губами — она улыбнулась неуверенно и потянулась к бокалу.

Народ продолжал веселиться, пить и петь, уходить в баню, выходить на мороз покурить, а Алинка согрелась — то ли от алкоголя, то ли от смеха, — и голова уже кружилась, и немного клонило в сон, и в какой-то момент ей вдруг почудилось, что все семикурсники окружены странным светящимся маревом. Она заморгала, пригляделась. Марево никуда не делось, даже стало ярче и будто потекло к ней.

— И зачем я столько пила? — прошептала она. Голова закружилась сильнее, и Αлина снова закрыла глаза. Не надо пить, не надо, плохо ведь будет.

«Зато согрелась», — возразила она себе, не открывая глаз. Кожу приятно щекотало, и она улыбалась.

Под щекой поднялась и опустилась могучая грудь. Матвей зевнул.

— Что-то я сейчас вырублюсь, — услышала она его бас.

— Так времени сколько, — сонно сказал кто-то. — Смотри, все зевают. Димыч вообще уже спит.

Она с усилием разлепила глаза — действительно, вокруг все зевали, терли глаза. Матвей снова едва сдержал зевок.