Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 246 – Ирина Котова

Огонь трещал, и в отсветах этих мелькали перед ней смутные картины то ли прошлого, то ли будущего, и маленькие снежные духи, сбежавшиеся в ярангу, сверкающие, как льдистые ежики, кололи ей ноги и руки, вытягивая силу, и плясали огненные бабочки в очаге, и далекое море рокотало, ударяясь о край земли, как огромное живое существо, старое и мудрое…

— …слушай, — выл шаман, и дикий ветер с мерзлого моря шумел в его словах, — смерть не уходит, не взяв то, за чем пришла… слушай, жена мужа своего… — голос его был гортанный, мощный, — боги все видят, все знают… будет у тебя в три дня возможность его спасти, но смотри, не отступись, не дрогни… дрогнешь — умрет. Умрет! — изо рта его пошла пена, он забился в судорогах, крепко сжимая барабан, и Пол вдруг рухнула вниз, в свое тело, протянула руки к старику, через огонь, и пламя игриво куснуло ее, потекло по пальцам, собралось в горсти — и королева умылась этим огнем, чувствуя, как уходит раздвоенность сознания, как возвращаются силы и уверенность, и все сомнения сгорают, осыпаются пеплом.

Шаман со стоном повалился на бок, тяжело дыша, и королева, шатаясь, встала, нашла в углу чашку, ведро с ледяной водой, набрала воды и направилась к старику. Смыла с его лица пену, снова сходила, взяла его голову на колени, попыталась напоить. Он сделал глоток, другой — жалкий, слабый старик — поднял руку и неожиданно нежно коснулся ее лица.

— У меня была невеста, — проскрипел он, с сочувствием глядя на нее — и в уголках его глаз собирались слезы, катились по темным сморщенным щекам, — красивая и сильная, как ты. Но духи позвали меня служить, и я не отказался, женщина-солнце. Хотя мог отречься от долга, рожать с ней детей, воспитывать внуков. Но есть то, что можем сделать только мы, хоть и есть у нас выбор. И у тебя будет. Не ошибись.

— Спасибо тебе за надежду, Тайкахе, — тихо сказала Полина и поцеловала его в лоб. Встала и пошла наружу, не оглядываясь и не спрашивая, что он имел в виду. А за ее спиной, скорчившись на шкурах, плакал от жалости старый шаман, видящий больше, чем мог бы сказать.

После возвращения в замок молодая королева набралась смелости и, несмотря на поздний час, позвонила Луциусу Инландеру. И уверенно попросила его завтра с утра выделить время и посетить Бермонт, чтобы под его присмотром Поля смогла напоить мужа своей кровью. Сказала, что позвонит королю Гюнтеру и сообщит своей семье. И Луциус не отказал. И Гюнтер серьезно ответил, что обязательно прибудет в назначенный час. И ее сестра, Василина, только вздохнула и спросила:

— Почему не моей, Поль?

— Ты сильнее, Васюш, — объяснила Полина, — но шаман сказал, что я могу помочь из-за брачной связи между нами. Думаю, все-таки дело в крови. Я попробую. Не могу больше ждать. Если и это не сработает, буду думать дальше.

— Я приду, — пообещала Василина. — Обязательно приду, Полин. До завтра, сестричка.

— До завтра, — Пол положила трубку и прижала руку к груди — сердце колотилось от страха, и пальцы холодели. Поскорее бы уже утро.

— Поскорее бы, — прошептала она. Надела тонкую красивую сорочку — сколько их было в приданном — и легла рядом с Демьяном, обнимая его крепко, укрывая их обоих одеялом. Будто он просто спит. Будто все у них хорошо.

Бермонт

Капитан Люджина Дробжек методично обходила этажи замка Бермонт, проверяя ночные караулы, и берманы, которых на страже и в патрулях было куда больше, чем рудложских гвардейцев, провожали ее неприязненными взглядами. Да, королева потрясла и удивила их своей ловкостью и способностью к стрельбе, но это легко приняли, объяснив иноземным воспитанием и силой крови, которую все чувствовали. Да и замуж она уже вышла, и муж, если Хозяин лесов смилостивится и разбудит его, обязательно призовет ее к порядку. А вот незамужняя, крупная, фигуристая Люджина в офицерском мундире и с короткими волосами вызывала у них недоумение, смешанное с презрением.