Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 224 – Ирина Котова

Он не дрогнул — склонил голову, ожидая объяснений.

— Сестра по возвращении подтвердила свою помолвку с лордом Кембритчем, ныне инляндским герцогом Дармонширом, — пояснила Василина. — Мне очень жаль. Я могу передать ей твои слова…

— Нет, — сказал он гулко, — не нужно. Если брак уже запланирован, не стоит вмешиваться.

После ужина они с королевой вышли в коридор — и там он увидел спешно направляющуюся куда-то красную принцессу, надежно защитившую себя от него. Глупую. Уставшую, бледную. Она замедлила шаг, остановилась далеко от него — и Нории задержал взгляд на ее обстриженных волосах. Теперь этот жест приобретал совсем другой смысл. Усмехнулся ей, снова выпрямившейся, холодной. И ушел вслед за королевой — принимать участие в празднике, на который почтительно позвал добрый мэр Теранови Трайтис. Нужно было уважить людей, так радовавшихся их появлению.

Ани осталась в коридоре одна. В комнатах для переговоров глухо шумели голоса, за окнами уже взрывались фейрверки, играла музыка — а она все стояла, переживая странную встречу и горечь в зеленых глазах.

«Все не так!» — хотелось крикнуть ей. Хотелось остановить, объяснить, рассказать про все, что происходит с ней, с ее семьей. Но она не пошла за ним. Разве могла она пойти?

Уже поздним вечером в ее покои во дворце пришла королева. Постучалась тихо, окинула взглядом что-то быстро записывающую сестру, улыбнулась прибежавшему здороваться тер-сели.

— Он просил твоей руки, — сказала Василина прямо от порога. Внимательно взглянула на отложившую ручку сестру — невозмутимую, спокойную. — Мне пришлось отказать из-за твоей помолвки. Ты когда-нибудь расскажешь мне, что между вами происходило, Ани?

— Ничего, — сказала Ангелина. — Ничего особенного, Василина. Ложись спать, ты выглядишь очень уставшей.

Королева покачала головой, подошла к старшей сестре, присела и мягко обняла ее.

— Я хочу, чтобы ты знала, — прошептала она Ангелине в плечо, — я буду очень несчастна, если из-за нас будешь несчастливой ты. Просто знай это, хорошо?

И она ушла, оставив сестру с недописанным отчетом о встрече, по которому она завтра хотела пройтись с сотрудниками и потом предоставить министру иностранных дел. А Ангелина, растревоженная, измученная расколом, который внес в ее душу Нории — с его рокочущим голосом, мягкой и мощной силой, достоинством, привычкой склонять голову, внимательностью и прохладой, способной унять ее огонь — привычно приказала себе не думать, не желать и снова склонилась над бумагами. Систематичность и последовательность. Сначала она разберется с текущими проблемами, а потом уже заглянет в себя.

Марина

В пятницу я вернулась с работы раньше, чем обычно. Эльсен, уезжая на какой-то консилиум, отпустил меня домой. И я металась по своим комнатам, не в силах успокоиться, давясь табачным дымом и не видя способов помочь Полине. Пять дней после ее свадьбы истощили меня до тихой истерики — и едкая тоска, витавшая над нашим дворцом тяжелым серным покрывалом, погнала меня на улицу, на мороз, тут же прихвативший лицо колючими крепкими ладонями. Я с упоением глотала свежий воздух, а ноги сами несли меня туда, куда я давно уже не ходила по своей воле.

В свете фонарей в парке мягко падал снег, скрипел под подошвами, а впереди уже виднелось наше семейное кладбище. Там, чуть в стороне от входа, под темным зимним небом, налитым чернильной синевой и отсветами большого города, стоял наш семейный храм.