Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 206 – Ирина Котова

Перед ним наконец-то поставили дымящийся сытный суп, и колдун накинулся на него, словно ел в последний раз. Он почти давился, заглатывая ложку за ложкой, и никак не мог остановиться. Но контроля не терял.

Ворон, которого Рибер принес с собой, единственный не унесся на облет столицы. Он лениво парил вокруг замка, заглядывал в окна, ковыляя по подоконникам корявыми лапами. Замок был почти пуст. Придворные и слуги начнут возвращаться сюда только после обеда — дабы дать молодоженам побыть наедине. И черная птица упрямо прыгала от окна к окну в поисках ответа на вопрос, который задал хозяин.

Игорь Иванович с Люджиной, весь прошедший час выставлявшие посты, остановились у покоев Бермонта. Стоявшие тут же, у дверей, охранники — берманы, глядели прямо перед собой, ничем не показывая недовольства от появления конкурентов. Рудложские гвардейцы смирно встали на караул у стеночки.

На стук за толстыми створками заворчало, зарычало — но тут же послышались шаги, и все успокоилось. Двери открыл принц-консорт Мариан Байдек, за которым настороженно ворочали головами два каменных медведя.

— Свои, — сказал он тихо. Стражи застыли, а он поздоровался, выслушал отчет.

— Полина спит, — барон пожал руки пришедшим ему на смену. — Происшествий за ночь не было. Оставляю вас с ней. Рассчитываю на вас, Игорь Иванович.

Стрелковский коротко кивнул, и Байдек ушел к телепорту.

Полина действительно спала — рядом с покрытым щитами мужем, на боку, обхватив его за локоть, словно не желая отпускать. Стрелковский тихо осмотрел покои, оставил на страже Люджину и ушел проверять посты.

Полина проснулась только через три часа. Некоторое время не открывала глаза — затем вздохнула и распахнула их. Увидела Демьяна, и губы ее горько дрогнули. Не сон.

На улице, как в насмешку, было солнечно — и она раздвинула тяжелые шторы, распахнула окно, чтобы тяжелый запах горя и ужаса ушел поскорее. Солнце словно открыло в ней второе дыхание — ночь казалась туманной, смазанной, словно все произошедшее случилось давным-давно, и невозможно было не поверить, глядя на искрящийся, цветной Ренсинфорс и на косые светлые лучи, играющие с пылинками, что все наладится. Только не надо сидеть и ждать.

— Надо думать, — бормотала она, принимая душ — двери она так и не закрывала, поглядывая на кровать, и, наконец, вышла из ванной, вытираясь, — надо думать. Что же делать?

В голову ничего нужного не приходило, и вдруг захотелось забиться куда-то, переждать — вдруг все решат за нее? Взгляд ее упал на маленькую статую Синей богини в углу спальни — и Поля всхлипнула, упала на колени:

— Пожалуйста, Мать моя великая, — шептала она жалобно и тихо, — ты помогла раз, помоги еще, ты же видишь, как я люблю его! Помоги, дай знак, пришли кого-нибудь, кто спасет, пожалуйста!

Богиня молчала, глядя куда-то поверх королевы. Справляйся сама, Полина-Иоанна, ведь не дитя ты уже, а королева.

Пол оттерла слезы с щек, решительно встала и пошла в гардеробную — одеваться, как приличествует жене короля. И затем действовать. Невозможно же ничего не делать, с ума сойти можно! Прежде всего она слетает к тому шаману, которого они встретили на ярмарке, надо приглашать еще магов — ну и что, что те, кто были ночью, не смогли — надо пробовать!

Она, бубня себе под нос, зашла обратно в спальню и возмущенно вскрикнула — над ее Демьяном по щитам прогуливался толстый наглый ворон. Даже постукивал по ним клювом. Увидел хозяйку покоев, покосился на нее черным глазом и коротко каркнул. Насмешливо, нахально.