Книга Королевская кровь. Книга 1, страница 239 – Ирина Котова

— Я могу вызвать сюда ректора Магуниверситета, Александра Свидерского, — спокойно предложил Тандаджи. — Именно он с коллегами забил тревогу и выяснил, что пустой трон и катастрофы взаимосвязаны.

Вообще, они были сейчас чем-то похожи, моя сестричка и этот непростой товарищ. Невозмутимостью, наверное.

— Знакомы, — кивнула наследница. — Пообщаться с ним необходимо, сделаем это позже. Итак, предположим, я соглашаюсь. Что я еще должна знать?

Майло Тандаджи чуть изменился в лице, едва уловимо, и я насторожилась.

— Для того, чтобы ваша кровь имела необходимую силу, вам придется не только короноваться, но и выйти замуж. На тех же условиях, что и ваша матушка за первого мужа.

Я увидела, как нахмурился отец. Он, как и я, слушал молча, но не скрывал напряжения. Зато Ангелина будто и не слышала. Или слышала, но не придала значения, как чему-то несущественному.

— Еще что-то?

— Все, моя госпожа.

Я плюхнула куски омлета на тарелки, добавила хлеб, побежала в гостиную, к мерцающему телевизору, быстро отдать еду детям и бежать обратно, только бы не пропустить ничего. Кажется, шли новости. Я вручила младшим мальчишкам обед, развернулась за еще двумя тарелками, мимоходом глянула на экран.

— Ангелина, иди сюда, — позвала я, глядя на траслируемую картинку.

Сестра зашла, застыла за спиной, как и отец. На экране показывали то сверху, будто с высоты птичьего полета, то приближаясь, огромную площадь Победоносца, расположенную перед Высоким Советом и нашим дворцом.

И эта площадь была сплошь заполнена людьми. Наверное, там были десятки, а то и сотни тысяч. Мужчины и женщины, старики и дети. Они молча стояли. Почти все на коленях. На крупной, неудобной брусчатке плаца. Держали свечи и молчали. Камера выхватывала напряженные лица, руки, держащие нарисованные от руки на тетрадных и альбомных листиках плакатики.

«Простите нас».

«Спасите нас».

«Мы хотим жить».

У меня закружилась голова, будто я летела под откос, и ничего не могла с этим сделать. Повернулась к сестре, желая понять, не собирается ли она сделать глупость, но там все было очевидно.

— Нет! — крикнула с злостью, перевела взгляд на маячившего в двери кухни подполковника. — Ани, это наверняка они и организовали! Не поддавайся, умоляю! Это же очевидный эмоциональный шантаж! Ты не можешь приносить себя в жертву ради этих людей! Ты не можешь решать за нас! Никто из них и пальцем не пошевелил, когда убивали маму! Разве они стоят этого?

Я уже знала ответ, но хотелось рвать и метать. В горле стало горько, словно я хлебнула полыни.

— Люди стали приходить сразу после заявления премьера Минкена, — сказал Тандаджи, никак не реагируя на мои обвинения. — Вы нужны им, принцесса. Вам необходимо встретиться с министрами и парламентариями.

— Да заткнитесь же уже! — рявкнула я, схватила сестру за руку, прижала к себе.

— Ангелиночка, пожалуйста…мы уедем…не надо….

Моя старшая сестра отняла руку, будто я была ей чужой, повернулась к тидуссу.

— У меня будут условия, которые не понравятся парламенту, подполковник.

Он неуловимо улыбнулся.

— Я очень рассчитываю на это, моя госпожа.

***********

Майло, конечно же, кое-что утаил. Рано или поздно информация о том, что предполагаемый супруг будущей королевы — тот самый Кембритч, который повел себя с младшей Рудлог, как бультерьер, дойдет до Ангелины. Но сейчас было важно не испортить момент, а эта пикантная подробность могла не просто испортить — обрушить все его усилия, свести их к минус бесконечности. Сейчас нужно было умолчать, а потом, когда она уже увязнет во всей этой монархической суете — рассказать. И пусть рассказывает кто-нибудь другой, не он. Вот, Минкен дипломат, пусть сам и разбирается.