Книга Баран и жемчуг, страница 76 – Ната Лакомка

— Эй! Ты куда?! – заорал Морис и бешено дёрнулся, но шёлковые путы не пустили. – Эй, леди! Это не смешно!

Она оглянулась на него через плечо, и теперь на лице её не было и следа любовного томления.

— Конечно, не смешно, – сказала она и нахмурилась. – Всё очень серьёзно. Но я о вас позабочусь. Я же обещала.

Не слушая криков и проклятий, летевших мне в спину, я приоткрыла дверь, и в комнату тут же прошмыгнула сухонькая маленькая женщина в коричневой кофте и красной юбке, повязанной на бёдрах клетчатым платком.

До этого оравший не переставая, доблестный сэр Мюфла замолчал, и я даже не оглядываясь поняла, что он опешил и просто не находит слов.

Ничего, скоро придёт в себя и найдёт.

Так и получилось.

— Вы все тут с ума посходили? – заорал он с новым силами, когда вслед за женщиной в комнату протолкнули плетёный короб, который я взяла и поставила возле стола. – Отпустите меня!

— Он бешеный какой-то, – проворчала моя гостья, подходя к кровати и с неудовольствием оглядывая голого сэра от макушки до ног. – Хочешь, чтобы я вылечила его от стояка?

— Че-го?! – кажется, рыцарь перепугался, потому что побледнел – это было заметно даже при горевших двух свечках.

— У него рана на бедре, – поспешила я вмешаться, чтобы не нагнетать страхов, и обратилась к рыцарю: – Сэр, это – лучшая травозная и лекарка в Сегюре и окрестностях – Бертиль. Никакой королевский доктор с ней не сравнится. Она осмотрит вас и поможет.

— Какая знахарка? – заорал он и снова задёргался, пытаясь освободиться. – Я не болен!

— Вы ранены, – сказала я терпеливо. – Вот, у него опухоль, – я указала на красноту, начинавшуюся от паха и спускавшуюся ниже. – Он хромает, но говорит, что припарки помогают. Когда он приехал, опухоль была меньше.

— Даже не буду спрашивать, с чего это он сразу же спустил перед тобой штаны, – сказала знахарка и без особых нежностей надавила пальцем на ляжку сэру Мюфла.

— Эй! – так и взвился он. – Больно ведь! Ведьма! – и продолжал с угрозой: – Только попробуй ко мне прикоснуться…

— Заткни его чем-нибудь, – раздражённо попросила знахарка, рассматривая его пах.

— Чем? – ответила я ей в тон. – Он сейчас вполне может пальцы откусить.

— Я вас придушу, леди, – пообещал рыцарь.

— Мне нужны горячая вода и вино, – знахарка отошла от кровати, откинула крышку короба и начала деловито выставлять и выкладывать его содержимое на стол – флакончики из глины и стекла, пучки трав, полотенце, свёрнутое трубочкой.

— Это что? – спросил сэр Мюфла дрогнувшим голосом.

Мы даже не посмотрели в его сторону, а я снова открыла дверь, позвала Арну, и спустя минуту получила два кувшина горячей воды и ещё запечатанный кувшинчик крепкого южного вина.

— Сначала зажги все свечи, потом вымой руки, чтобы скрипели, – командовала мною Бертиль. – Надень чистый платок, волосы все спрячь. И сними свою рубашку, если не хочешь испортить её кровью.

— Кровью? Вы что задумали? – зарычал рыцарь, но мы продолжали подготовку, словно его и не было в комнате. – Вы меня слышите?!

Я быстро переодела рубашку, вымыла руки и убрала волосы, как велела знахарка, а потом глубоко вздохнула, призывая себя к спокойствию. Никогда ещё я не присутствовала при таком лечении и сейчас старалась не показать, как струсила. Но если так страшно мне, то каково бедному сэру? Только раскисать от жалости было нельзя. Это первая лекарская заповедь, как объяснила мне травозная.