Книга Баран и жемчуг, страница 43 – Ната Лакомка

— Сэр Морис не велел, леди, – важно заявил Брюнер, держа мою лошадь под уздцы. – Сказал, если вы соберётесь куда-то, тут же сообщить ему, а вас не выпускать.

— Так он уже – сэр Морис? – спросила я сквозь зубы.

— Не сердитесь, – примирительно сказал слуга. – Вот приедет – и всё с ним решите.

— А что, он тут хозяин? – осведомилась я, и Брюнер смутился.

— Простите, леди, – повинился он, – но, правда, не могу вас выпустить. Это опасно.

— Опасно? В Сегюре?! – расхохоталась я ему в лицо.

— Так только сегодня на пастбище поймали трёх работников Рубертунов, – Брюнер понизил голос почти до шёпота. – Пришли ночью с длинными ножами, хотели резать овец, а сторожа заметили и дали знак. Сэр Морис сам участвовал в облаве, всех поймали.

— Да что ты… – пробормотала я, сразу перестав смеяться. – Это точно Рубертуны?

— Совершенно точно, – заверил меня слуга. – Сейчас сэр Морис их допрашивает, наверное.

— Допрашивает? – я перепугалась ещё сильнее, чем когда узнала о нападении. – Где он? Я хочу немедленно его видеть!

— Кого вы там хотите, леди? – услышала я голос сэра Мюфла. – И куда вы опять собрались без разрешения?

Он как раз входил в ворота, ведя коня под уздцы, а неизменная сабля была приторочена к седлу.

— Собралась в город, к вашему сведению! – отрезала я. – И ничьё разрешение мне не требуется. Тем более – ваше.

— Угу, – он не стал спорить. – Брюнер, возьмёшь коротышку Тода и Снупи, и сопроводишь леди до города и обратно. На всё про всё – два часа. Через два часа желаю видеть её здесь целой и невредимой.

— Да, сэр! – браво рявкнул Брюнер, а у меня попросту рот открылся от такой наглости.

— Вы… вы по какому праву распоряжаетесь моими людьми? – выговорила я, запинаясь. – И по какому праву решаете, куда и на сколько мне ехать?

— Поговорим потом, леди? – предложил Мюфла и зевнул, прикрывшись сгибом локтя. – Ночка была – та ещё. Я бы поспать.

— Потом поспите! – крикнула я. – И что это за история с нападением Рубертунов? Что вы сделали с ними?

— Головы им поотрубал, у трёх дубов, – спокойно ответил рыцарь.

— Что? Как?!. – я чуть не свалилась с лошади. – Вы что… вы в своём уме?..

— Ладно, не бойтесь, – ответил он и усмехнулся. – Это была шутка.

— Шутка? По-вашему, это смешно? Где эти несчастные?

— Несчастные? – он опять усмехнулся. – Разбойники они, а не несчастные. Но не волнуйтесь. Я их отпустил.

— Отпустили? – переспросила я с некоторым облегчением. – Надеюсь, они при руках-ногах-носах-глазах и ушах?

— Целые и невредимые, – заверил он меня. – Ушли своим ходом, я их даже проводил. До города. А вам туда зачем?

— Не за чем! – ответила я со злостью, спрыгнула с лошади и убежала в замок.

Ехать куда-либо расхотелось.

Хорошо хоть, у этого барана хватило ума никого не убивать и не калечить. Если он не врёт, конечно…

Весь день я была, как на иголках, вздрагивая от каждого стука копыт. Но судья Диплок не приехал, и Рубертуны не появились с претензиями, и я подумала, что всё не так страшно. Возможно, кто-то кого-то не так понял… Просто работники Рубертунов заблудились, сэр Мюфла поговорил с ними и отпустил… и проводил… Только с чего такая доброта?..

На следующий день в Сегюр снова никто не явился требовать уплаты за членовредительство, и я совсем приободрилась. Но к обеду Арна заглянула ко мне в комнату, когда я подсчитывала расходы (доходов покамест не было), и сказала, что у нас гости.