Книга Баран и жемчуг, страница 29 – Ната Лакомка

— Всё, я понял, – перебил он Эдварда, и тот замолчал на полуслове. – Значит, старший здесь – вы? – Морис ткнул пальцем в сторону господина Даниэля. – В смысле, за всех тут отвечаете?

— Всё верно, сэр, – Даниэль Дофо разглядывал его так внимательно, словно пытался найти откровение небесное на его рубашке. – А вы – опекун леди Сегюр?

— Угум, – издал Морис нечто, похожее на «да» и на «нет» одновременно.

Если белокурая фея умела врать, не моргнув глазом, он таким талантом не обладал.

Старший Дофо тут же подозрительно уставился на него, и Морис перешёл к делу, чтобы не начали выяснять, где документы, подтверждающие опекунство.

— Что там произошло с Рубертунами? – спросил он. – Леди Маргарет сказала, его сыновья напали на неё?

— Так и было, – процедил сквозь зубы господин Даниэль. – Эти… негодяи, – он явно хотел сказать что-то покруче, но жена строго посмотрела на него, – не довольны, что леди Сегюр выбрала моего сына, вот и хотят помешать помолвке.

— Каким образом – помешать? – уточнил Морис. – Они хотели ей убить?

— Пройдёмте-ка в дом, – пригласил его старший Дофо, вспомнив, видимо, о правилах приличия. – А вы все, – он посмотрел на своё огромное семейство – что здесь забыли? Лейтис, принеси нам вина.

Вскоре Морис сидел за добротным столом в большом зале с камином, и слушал, как Дофо чуть слюной не брызжет, рассказывая о наглости Рубертунов. Перед гостем поставили бокал с вином, и Морис из вежливости пригубил его, но много пить не стал – такие разговоры лучше вести на трезвую голову. На краю лавки примостился Эдвард – разложил на коленях бумажки и, вроде бы, что-то там читал, но постоянно косился на отца и гостя, хотя в разговор не встревал.

— И прирезанные овцы – их рук дело, – Даниэль Дофо зажевал вино сухой корочкой. – И овин они разорили, и сломали ограду на загоне две недели назад. Ну а когда эти два оболтуса – Клод и Ленард поймали леди по дороге в город… Хорошо, что девчонка боевая, не дала себя в обиду. А так вы понимаете, что хотел устроить Клод, – он выразительно посмотрел на Мориса. – Если бы он обесчестил её, помолвку пришлось бы разорвать.

Морис невольно сжал кулаки, но господин Даниэль этого не заметил.

— На суде, конечно, сопляки всё отрицали, – продолжал разглагольствовать он, – сказали, что просто ехали рядом, а леди на них напала… Их двое, оба избиты, леди – одна и целёхонька. Естественно, судье пришлось приговорить её к штрафу. Сорок золотых назначил – по максимуму. Но оно и понятно, за двоих человек…

— Почему тогда вы не вступились за леди Маргарет? – Морис нарочно назвал её по имени, потому что его коробило всякий раз, когда Дофо говорил «девчонка». – Если все знали, что она только оборонялась?

— С чего бы нам вмешиваться? – фыркнул Дофо, и Морис снова сжал кулаки. – Она ещё не принадлежит к нашему семейству, поэтому мы не можем лезть в её дела.

— И когда у неё режут овец прямо на её лугу, вы тоже не вмешиваетесь? – спросил Морис.

Даниэль что-то понял, потому что посмотрел на гостя опасливо и наморщил лоб.

— Не знаю, откуда вы приехали, сэр, – Эдвард оторвался от своих записей и воинственно вскинул голову, хотя голос так и дрожал, – но в наших краях люди живут по закону. Когда Гутун войдёт в нашу семью, тогда мы сможем на законных правах представлять её интересы. А пока наше вмешательство недопустимо.