Книга Любовник королевы фей, страница 78 – Ната Лакомка

Тут я поняла, к чему она клонит и для чего притащила с собой свидетельниц.

— Не стоит так беспокоиться, дорогая матушка, — сказала я сладко. — Со мной там обращались, как с принцессой. Я жила в покоях самой королевы, ела и пила с ней, в мою честь каждый вечер устраивались пиры и один раз — охота. Я чудесно провела время и была бы не прочь наведаться туда снова. — Говорят, у них там царят ужасные нравы? — подхватила мачехину волынку одна из ее дам, отчаянно напомнившая мне фрейлин при ее величестве королеве Медб — и писклявым голоском, и желанием угодить своей хозяйке даже ценой страданий другого.

— С чего вы взяли? — спросила я небрежно. — Нравы у них, как и у нас — не лучше и не хуже.

— Но лорд Марч рассказывал… — сказала вторая дама из мачехиного сопровождения, но мачеха выразительно цыкнула на нее. — Ах, простите, это не для ушей невинной де… благородной леди.

Милая оговорка не прошла мимо меня, и я не собиралась делать вид, что ее не заметила. Скорбно приподняв брови, я посмотрела на мачеху, потом на дам, потом горько вздохнула и сказала с грустью в голосе:

— Вы правы, открою вам тайну, милые дамы…

Они придвинулись ко мне — алчные до сплетен, ждущие признания, что я уже далеко не девственница и что жизнь моя загублена, и что теперь мне один путь — в монастырь, замаливать грехи.

— Папенька вел там не особо праведную жизнь, — сказала я, похлопав мачеху по руке. — Но его трудно упрекнуть — эльфийки столь красивы, обходительны, и так стремились ему услужить…

Мачеха ахнула, отпрянув. — Понимаю, леди Элеонора, что супружеская неверность — это неприятно, — сказала я сочувственно, конечно, рога еще никого не украшали, но в конце концов, сейчас многие мужчины грешат этим… И нам, женщинам, только и остается, что смириться, и еще строже блюсти свою честь, чтобы до свадьбы оставаться невинными девушками, а после свадьбы — почтенными леди. Вот я даже полвзгляда не бросила в сторону эльфийских мужчин, хотя ее величество предлагала мне в мужья своего ловчего. Но я отказалась. Моя судьба — Картехог.

Быть рядом с отцом и вами, милая матушка, — я опять похлопала мачеху по руке, — чтобы скрасить вашу близкую старость…

Мачеха вылетела из моей спальни стрелой, следом за ней умчались и ее приближенные дамы. Лита закрыла за ними двери и покатилась со смеху:

— И к чему вы это устроили?

— Пусть теперь сплетничают о ней, — отрезала я. — Что выдумала! Позорить меня перед свадьбой! — Пожалуй, вы и правы были насчет леди Элеоноры, — задумчиво сказала Лита, перестав смеяться. — Нехорошо она о вас говорила. Вроде и прямо ничего не было сказано, но как-то так выходило, что вы сами упросили милорда оставить вас у эльфов.

— Она себя еще покажет, — сказала я с досадой и перевела тему: — Так что там с папенькой и лордом Рупертом?

— Ах, лорд Руперт, — Лита вспомнила прерванный рассказ. — А он сказал милорду, что лучше быть влюбленным дураком, чем старым. Милорд рассвирепел и отказал ему от двора.

— Вот так новость… — протянула я. — Но ты говоришь, он не уехал?

— Нет. Вас, наверное, дожидается.

— Если дожидается, то непременно даст о себе знать, — сказала я. — А теперь я хочу спать. Взбей перины, я лягу и не встану до завтрашнего обеда.

Но проснуться мне пришлось гораздо раньше.