Книга Любовник королевы фей, страница 116 – Ната Лакомка

Посмотри, сколько у меня этого добра..

Кованные золотом сундуки появились на поляне, и крышки их раскрылись по мановению руки правительницы фей. В лунном свете засверкали гранями шлифованные умелой рукой ювелира рубины, сапфиры и изумруды. Жемчужины величиной с голубиное яйцо светились молочным светом. — Ты уйдешь отсюда королевой, — продолжала Медб. — И у тебя будет все, что захочешь. Среди людей много красивых и ненасытных мужчин. Любой будет рад быть с тобою. Соглашайся…

Я опустила глаза, посмотрев в бледное, помертвевшее лицо Тэмлина. Если бы в этот момент он сжал меня в объятиях, улыбнулся, поклялся в вечной любви — я бы ни мгновения не сомневалась. Но он лежал на моих коленях, как мертвый. И я должна была решить сама — чего я хочу.

Голос королевы Медб журчал ручьем, вливался в уши, проникал в самую глубину души:

— Соглашайся, Дженет Марч… Соглашайся…

Порыв ветра всколыхнул кроны дубов, и моих ноздрей коснулся ни с чем не сравнимый аромат — белые розы. Так могли пахнуть только белые розы.

— Чувствуешь это, Медб? — спросила я, вскидывая голову. — Ты не смогла уничтожить цветы Тэмлина. Они выжили и расцвели снова. Я чувствую их запах.

Так почему ты думаешь, что я не смогу быть столько же упорной, как они? К чему мне твои мертвые камни? Мне нужна жизнь. Я заберу Тэмлина и никогда не отдам его тебе.

В подтверждение своих слов я еще крепче обняла его, укутывая платьем.

Лицо королевы передернулось от гнева.

— Упрямая девчонка! — прошипела она. — Что ж, попытайся удержать его!

Тело Тэмлина вмиг истончилось, и я еле успела подхватить тяжелый холодный брусок, в который он превратился, и прижала его к груди.

— Как ни колдуй — он мой! — сказала я, вскакивая на ноги. — Не отдам его тебе! Я побежала к ручью, но брусок в моих руках вдруг потеплел, стал горячим, а потом раскалился добела, прожигая ладони до костей. Едва не теряя сознание от боли и запаха собственной горящей плоти, на подгибающихся ногах я добежала до ручья и упала в него, не выпуская заколдованного Тэмлина. — Ты свободен, — сказала я, и ужасный женский вопль прокатился по лесу.

— Надо было вырвать твое человеческое сердце, Тэмлин! — кричала невидимая королева фей, и эхо десятикратно повторяло ее причитания.

И вдруг я поняла, что стою коленями в воде, а Тэмлин — живой, невредимый Тэмлин — держит меня в объятиях и зовет по имени.

— Джен! Джен! — услышала я его голос. — Скорее идем на твой берег.

Мы перешли вброд ручей и выбрались из воды.

— Неужели все закончилось? — спросила я, все еще не веря в это.

Тэмлин стоял рядом со мной голый и похудевший, с осунувшимися щеками. На его шее виднелся красный след-от королевского ошейника.

Мы одновременно посмотрели на эльфийсий берег. Там буйно цвели белые розы, луна давно скрылась, а на востоке небо порозовело, предвещая скорый рассвет.

— Ты спасла меня, Джен, — сказал Тэмлин, отворачиваясь от царства эльфов и глядя мне в глаза. — Моя маленькая Джен вырвала непутевого Тэмлина из колдовского плена. Как мне отблагодарить тебя, милая?

Мы целовались так долго, что не хватило дыхания.

— Пойдем отсюда, — сказала я. — Скоро утро, нам надо добраться до церкви, пока совсем не рассвело.

— Хорошего мужа ты выбрала, — невесело пошутил Тэмлин. — На нем ни лоскута, ни нитки — вот так нищеброд.