Книга Моя драгоценная гнома, страница 70 – Ната Лакомка

— Как вы догадались? — спросила я одними губами.

Женщина лукаво подмигнула мне и шепнула:

— Ты можешь обмануть мужчин, дорогая, но когда я тебя увидела, то сразу все поняла. Не знаю, что заставило тебя переодеться мужчиной, но впредь будь осторожнее. И когда смотришь кое на кого, тоже будь осторожнее, — тут она засмеялась и потрепала меня по щеке. — Взгляд выдает.

— Не говорите никому, — прошептала я, краснея до ушей, а она уже убирала чашки и склянки, и вышла из-за ширмы, чтобы помочь Дагоберу.

— Надо быть идиотами, чтобы забрести на пасеку, — говорил тем временем Чокнутый Эльф. — Мне нужно посмотреть, что вы натворили с моими пчелами. Вам помогли? Теперь убирайтесь, чтобы я вас больше на три стрелища поблизости не видел.

— Зачем ты так невежлив, дорогой, — попеняла ему женщина. — Они пострадали и по твоей вине, между прочим. Ульи-то твои. Не гони их, пусть отдохнут. В этом доме давно не было гостей.

— И лучше бы и дальше не было, — буркнул Чокнутый Эльф, а потом грозно сказал Дагоберу: — Чего смотришь?!

Принц и в самом деле смотрел на них с женщиной как-то странно — удивленно, немного презрительно. Так, как он обычно смотрел на меня.

— Не кричи, — женщина мягко осадила Чокнутого Эльфа. — Конечно, он удивлен. Но нам ведь нечего скрывать? Мы не совершаем ничего постыдного.

— Если бы они еще это понимали! — вспылил Чокнутый Эльф.

Дагобер отвернулся, прошипев что-то сквозь зубы. Чокнутый Эльф потемнел лицом, и я поспешила его отвлечь, поклонившись и комкая в руках колпак:

— Спасибо за помощь. Мы не хотели вас потревожить, и уйдем сразу, как вы позволите, господин Морохир и госпожа… — я вопросительно поглядела на женщину, ожидая, что она назовет свое имя.

— Ее зовут — Маэль, — произнес Чокнутый Эльф с вызовом.

— Госпожа Маэль, — поклонилась я еще раз, и только потом сообразила, что имя у человеческой женщины было эльфийское. Маэль — любимая.

Рот у меня раскрылся сам собой, а Морохир сказал:

— Она — моя жена.

Эта новость огорошила меня еще больше, чем когда госпожа Маэль признала во мне девушку.

Надо же! Человеческая женщина — жена эльфа!

Я смотрела на эту пару во все глаза. По сравнению с эльфом, Маэль была сущей серой утицей рядом с величавым черным лебедем. Но вот что странно — они словно дополняли друг друга, не вызывая в моей душе никакого эстетического протеста. Хотя ведь драгоценные камни тоже хорошо смотрятся рядом с жемчугом или гранатом, или бирюзой, они прекрасно дополняют друг друга. Вот как сейчас — эти двое, стоящие передо мной. Эльф смотрел с вызовом, женщина мягко и немного застенчиво улыбалась. Я оглянулась на Дагобера и пожелала ему мысленно хорошего пинка — принц презрительно кривил губы, всем своим видом показывая, что оскорблен до глубины души. Э! Да есть ли у него душа?

— Как бы вы к этому не относились, — сказала Маэль, ничем не выказав обиды, — я прошу вас поесть за нашим столом и отдохнуть в нашем доме.

Мне стало стыдно, и я покраснела еще сильнее, чем когда она заговорила насчет взглядов в сторону кое-кого.

— С благодарностью и удовольствием примем ваше приглашение, — торопливо ответила я. — И уверяю вас, что мы — я и мой спутник — совершенно не осуждаем ваш образ жизни.

Морохир нахмурился, а Маэль склонила голову к его плечу, ласково мне улыбнувшись, и сказала: