Книга Моя драгоценная гнома, страница 131 – Ната Лакомка

Я затолкнула отца в лавку и захлопнула дверь прежде, чем в нее ударили кулаки, требуя открыть.

— Багз! — орали снаружи. — Это я, Торвальд! Открой!

— А я куплю что-нибудь из последних поделок, — вторил ему чей-то хитрый голосок.

Двое или трое перелезли через забор и попытались заглянуть в окно, но я тут же бросилась к нему и закрыла ставни.

— Надеюсь, к ночи они угомонятся? — спросила я с ужасом, прислушиваясь к шуму на улице. Казалось, наш дом превратился в корабль, а снаружи его омывает бушующее море.

— Этот бродяга повыкидывал мои полки! — папаша не слушал меня, проверяя сохранность вещей.

Первым делом он проверил тайник и, убедившись в его сохранности, даже не слишком злился из-за отсутствия лавок и некоторой кухонной утвари.

В отличие от отца, который носился по дому, как ошпаренный, я вдруг почувствовала чудовищную усталость. Толяпар забыл снять зеркало в прихожей, и я увидела собственное отражение. Сердце резануло такой острой болью, что я задохнулась. Отвернувшись, я сняла жемчужные нити, которыми эльфийки украсили мою прическу, и перетянула волосы пониже затылка веревочкой, которую подобрала на опустевшем прилавке.

Сундуки, где прежде хранилась наша одежда, были пусты, и мне пришлось остаться в эльфийском платье. Завтра надо будет купить привычную мужскую одежду и превратиться в прежнюю Эрм. Потому что ныняшняя причиняла мне почти непереносимые муки. От нее надо было избавиться поскорее и забыть, как сон. Как нереальный, волшебный сон, как ложь, которая никогда не станет правдой.

— Я в бешенстве! — папаша пронесся мимо меня в мастерскую и крикнул оттуда: — Эрмель! Думаешь, эльфы вернут нам наши инструменты?

Папашины опасения оказались напрасными. Наутро, едва мы успели открыть глаза и позавтракать, явились эльфы из замка и оставили в прихожей папашины резцы и гранильные камни, а также передали разрешение на торговлю ювелирными изделиями и добычу природного камня. Помимо этого, папаша получил увесистый кошелек с монетами и обрадовался, как ребенок.

— Вот это я понимаю! — подмигнул он мне. — Ради этого можно было и посидеть месяц-другой взаперти!

Казалось, все дела были улажены, но главный посыльный не торопился уходить.

— Есть еще послание для госпожи Эрмель, — произнес он с таким высокомерием, как будто я выпрашивала у него милостыню. — Лично от его высочества.

— От принца! — воскликнула я и мгновенно покраснела.

— Его высочество приказал передать вам это, — эльф с поклоном протянул мне запечатанный свиток.

Я сломала печать и развернула его. Буквы так и прыгали перед глазами, и я не сразу смогла сложить их в слова.

Это было разрешение на установление могильной плиты и разрешение на получение глыбы белого мрамора из королевской сокровищницы, и еще…

— Пап, — позвала я отца тоненьким голосом. — Меня приглашают в гильдию королевских ювелиров.

— Что?! — папаша выхватил свиток и поднес его к самым глазам, шепотом перечитывая. Прочитав, он рухнул на табурет: — Эрмель! Это… это чудо!..

Эльфы удалились, и папаша начал строить планы по переезду в столицу.

— Мы купим дом, — говорил он, ударяя в такт словам ладонью по прилавку, — не в самом шикарном квартале, но поближе к центру. Моя дочь станет ювелиром в королевской гильдии! Не могу поверить! — и он дергал себя за бороду, чтобы убедиться, что все происходит наяву. — А ты чего нос повесила? — соизволил он, наконец, обратить на меня внимание.