Книга Поцелуй Спящего красавца, страница 37 – Ната Лакомка

— Не уверен, что Запфельбург по-прежнему принадлежит мне, — возразил Брайер. — Право наследования действует девяносто девять лет, потом имущество, если на него не предъявлялись права наследников, отходит королю. Если я спал сто лет, то мой замок уже принадлежит короне. Да и как мне заявить на него свои права? Здрасьте, — он остановился и комично поклонился, — я — тот самый страшный колдун фон Розен. Не смотрите, что мне двадцать лет на вид, на самом деле мне сто двадцать, просто я спал, но не в наказание, а в спасение…

— Ерунда выходит, — сказала я серьезно.

— Согласен, — он оставил дурашливость и скрестил руки на груди, глядя на городок, в сторону которого мы направлялись.

Только сейчас я обратила внимание¸ что руки у Брайера были совсем не юношеские — крепкие мужские руки. Рукава рубашки были закатаны, и можно было полюбоваться выпуклыми мышцами, сильными запястьями и выпуклыми венами. От игры на варгане руки явно такими не станут.

— Поэтому теперь мы с тобой — Шпиндель и Крюмель. Смешно, что единственная, кто сможет подтвердить, что я — это я, это Карабос, — он опять усмехнулся, но усмешка получилась горькой. — Она тоже ничуть не изменилась за сто лет. А мои родители, друзья… — он замолчал, а потом с трудом закончил: — У тебя, Крошка, хотя бы есть надежда вернуться к привычной жизни, встретиться с теми, кто знал тебя. А у меня нет даже такой надежды. Потому что время не повернуть обратно.

У меня защипало в глазах от такой проникновенной речи, но я не позволила себе растаять. Пусть включает своё обаяние перед кем-нибудь другим. Мне главное — не пропасть за месяц, и в полнолунье проплыть под мостом. Всё. А колдун пусть сам решает свои проблемы.

— Вот прости, но не верю, что тебя оболгали, — сказала я сухо. — Дыма без огня не бывает, как известно. Не знаю, что ты там натворил сто лет назад, но, может, ты чего-то не понял, и твоя прекрасная фея не спасала тебя, а наказала? Чтобы не пакостил больше.

— Я не сделал плохого никому, — возмутился он. — Ты должна мне верить, Крошка.

— С чего бы?

— Разве у тебя есть выбор? — лучезарно улыбнулся он.

От такой наглости я только рот открыла. Самый нормальный довод — нет выбора!

— К тому же, — Спящий красавец прищурил один глаз, разглядывая меня. — Верю же я тебе. Хотя… не должен был.

— С чего бы тебе мне не верить? — напустилась я на него. — В отличие от тебя, со мной всё ясно! Заманили в чужой мир, использовали в своих целях, и продолжают использовать!..

— Всё ясно? А это что? — колдун скрутил меня в одно мгновение, сунул руку мне за пазуху и вытащил договор о продаже замка Запфельбург.

— Отдай! Это моё! — я попыталась выхватить у него листы, сложенные пополам, но только бестолково прыгала вокруг, пока Спящий красавец развернул бумаги и пробежался глазами по строчкам.

— Конечно, твоё, — засмеялся он и вернул мне договор. — На этом договоре — черная магия. Дай угадаю? Карабасиха уже распродает моё имущество, а некоторые и рады поживиться.

— Совсем нет! — я почувствовала, что краснею. — Это договор для моего мира! А в моем мире от тебя только и осталось, что портрет! И то считается, что это портрет твоего отца!

— Ну конечно, это многое меняет, — заметил колдун. — Что обо мне в твоем мире никому не известно.