Книга Поцелуй Спящего красавца, страница 122 – Ната Лакомка

Он помрачнел, нахмурился, и долго смотрел в спинку кресла, за которую держался, а потом криво усмехнулся:

— Значит, мастер и Маринетта. Думаете, барон и принцесса звучит лучше, чем король и королева?

— Я не принцесса, — упрямо сказала я. — И к баронам и королям я отношусь одинаково. Был бы человек хороший, а титул не важен.

— А ты так уверена, что мастер — хороший человек, пусть и без особого титула?

Вопрос был с подвохом, и я кусала губы, раздумывая, что ответить. Про Брайера говорили много чего. Да и сам он был не миндальное пирожное, как я успела убедиться на личном опыте. И врать умел отлично, в этом я уже убедилась. И чувство юмора у него было идиотское. И самомнение — выше крыши. Но что Стефан хотел на самом деле от меня услышать?..

— Что значит — хороший, плохой? — спросила я у него, всё так же стоя по другую сторону кресла. — Вот ты — хороший или плохой? Ты всё за всех решил, всё продумал, всех заочно наградил и наказал. Карабос — в расход чужими руками, королеву — рядом на трон, и плевать, что она хотела бы вернуться домой, колдуна — в советники, и какая разница, что он там хочет, он же не откажется, если я пообещаю ему реабилитацию. А если откажется, то что тогда? Снимешь обвинения?

— Сниму в любом случае, — ответил он и посмотрел мне прямо в глаза. — Но мне и правда очень нужна его помощь. Поэтому я вынужден буду предложить ему сделку.

— Сделку — другу? — не поверила я. — Ты же собирался с ним обеты дружбы приносить, а потом — сделку? Ты — мне, я тебе? Знаешь, у Брайера, может, много минусов, и он — та ещё зараза, но он не подлец. Наверное, поэтому он мне и нравится. Потому что не бросит, что бы ни случилось, подставит под стрелу бок, под собачьи зубы… эм… — тут я замялась, — вобщем, и под собачьи зубы подставится, чтобы другого защитить. И я видела, как он общался с другом, который ему уже давно другом не был. Брайер с ним не торговался. Даже мыслей таких не было — торговаться.

— Ты меня как будто в чём-то обвиняешь, — Стефан был явно недоволен, но принужденно улыбнулся. — А я ведь ни в чём не виноват. Мне самому очень нравится мастер, я уже об этом говорил. И я хочу многому у него научиться. Но мне надо думать о…

— О народе, помню, — перебила я его. — Нет, извини, мне такое не подходит. Подойдёт ли Брайеру — не знаю. Всё-таки, вы с ним — жители этого мира. Наверное, договоритесь.

— До полнолуния ещё есть время, — ответил он. — Надеюсь, ты передумаешь, принцесса Маринетта. Мне бы очень этого хотелось.

— Не передумаю, — тут же ответила я.

— Жаль, — он наклонил голову, а потом встряхнулся, словно прогоняя от себя что-то. — Хорошо, давай спать. Завтра нам надо решить, куда отправиться дальше и что делать.

— Ты иди, а я подожду Брайера, — сказала я, отступая в сторону, чтобы когда он будет проходить мимо, не оказаться с ним слишком близко.

Не то чтобы я боялась Стефана, но после таких ночных откровений я видела его совсем в другом свете. Теперь он был не честным, открытым и простодушным парнем, а хитрым политиканом, который умел и практиковал интриги. Как он там сказал про Брайера? Играет человеческими душами? Так принц и сам в этом, похоже, профи.

— Спокойной ночи, — сказал Стефан и коротко поклонился мне, после чего вышел из гостиной.