Книга Роковая Роксана, страница 169 – Ната Лакомка

Я так и подскочила, почти с ужасом уставившись на графа. Это – намёк? Намёк на настоящую брачную ночь? Неужели, сейчас он устроит продолжение того… что начал в карете?.. Сердце моё забилось в сумасшедшее быстром ритме, по спине пробежал холодок, и одновременно по всему телу разлилась сладкая нега, стоило только вспомнить тот момент, когда губы графа прикоснулись к моим.

— А что будет происходить? – испуганно спросила я, роняя перо.

— А что вы испугались? – мой муж соизволил оглянуться через плечо. – Я же говорил вам, Роксана, что не надо меня бояться. Вы отправитесь в спальню, а я переночую здесь, на диване. Мне всё равно надо разобраться с письмами.

Тут я почувствовала себя глупо, но понемногу успокоилась. Тем более, что граф Бранчефорте снова занялся письмами, раскладывая их и делая какие-то пометки карандашом в блокноте.

Я тоже начала писать, припоминая все события, касающиеся моей «роковой» жизни, с самого начала. Непросто писать о себе, как о третьем лице. Непросто, но интересно. И вообще, это, действительно, была очень странная брачная ночь. Но не сказать, чтобы неприятная. Часы на стене отстукивали минуту за минутой, в жаровне шипели угли, щебетали соловьи за окном, и я украдкой посматривала на графа, который очень увлечённо занимался своими бумагами.

— Что это за письма, если не секрет? – спросила я через полчаса, когда встала, чтобы пройтись по комнате и размяться.

— Сообщения из королевского секретариата, - пояснил граф, не отрываясь от писем. - Когда им кажется что-то странным в прошениях и жалобах, они присылают их мне. Я смотрю, что может меня заинтересовать.

— У вас очень насыщенная жизнь? – спросила я снова.

— Это простое любопытство, я надеюсь? – он взглянул на меня, откладывая очередной конверт.

— Да, - сказала я с небольшой заминкой. – Конечно, мне любопытно, как живёт королевский инквизитор под прикрытием. Ведь сейчас, кроме того, вы ещё и мой муж…

— Можно сказать, что насыщенная, - ответил он, откидываясь на спинку кресла. - Но на самом деле ведьм в этом мире гораздо меньше, чем можно представить, побывав в Солимаре. Кстати, я ещё не говорил вам, но в мастерской Эверетта обнаружили воск, похожий на тот, из которого изготавливались таблички с проклятиями. Лежал на столе, под палитрами и тряпками.

— Воск иногда используется художниками, - произнесла я, задумчиво. - Некоторые добавляют воск в краски, чтобы цвета получились более мягкими и матовыми, кто-то делает модели для срисовки… Я не слышала от Эверетта, что он его использует, но, как оказалось, я многого о нём не знала, и о многом не догадывалась. Так что вполне возможно, что воск нужен был ему для работы, а могли подкинуть, чтобы пустить вас по ложному следу.

— Есть соображения, кто и когда? – поинтересовался граф.

Тут мне пришлось поразмыслить пару минут, а потом я сказала:

— Да кто угодно мог зайти в его мастерскую. Он часто оставлял её открытой. Другое дело, что напротив находится магазин шляпок, там всегда многолюдно. Нет, подкидывать воск в мастерскую – рискованно. Думаю, воск принёс тот, кто приходил в мастерскую Эверетта под законным предлогом.

— И кто же это мог быть? Я не нашёл никаких записей о визитах.

— Господин Эверетт не вёл их. У него была одна натурщица – я. Но даже наши сеансы он не записывал. Просто запоминал. Но давайте помыслим логически. Зачем надо было подкидывать воск Эверетту? Чтобы указат на него, как на снабженца ведьмацкого ковена?