Книга Заложник страсти, страница 71 – Ната Лакомка

— Стой! Приказываю тебе!

Пальцы свело судорогой, и Марко зарычал, пытаясь разорвать невидимые путы, которыми Сафора опять связала его.

-Отойди!

Он подчинился, а она едва устояла на ногах, оставшись без опоры.

— Не смей прикасаться ко мне!

— Это жестоко, - процедил Марко сквозь зубы, когда она одернула юбки и затянула шнуровку.

— Это правильно. Возвращаемся, - Сафора первая скользнула в щель между домами, и Марко послушно пополз следом.

До самого замка они молчали. Вернее, Марко пытался заговорить, но Сафора не отвечала - словно и не выбросила злополучную моретту. Она прятала лицо от встречных, и Марко, понимая, что лишнее внимание ей ни к чему, заслонял ее от сторонних взглядов.

Им удалось пробраться в замок, не встретив слуг, и потайным коридором они вернулись к спальне Сафоры.

— Сегодня твои услуги не понадобятся, - произнесла правительница Брабанта отрывисто, и это означало очередной отказ.

Впрочем, она не заставила его опять напяливать женские тряпки, и Марко завалился на свою постель, утешаясь тем, что пусть и один, но спать ему придется, как мужчине, а не как шуту.

30

Дурная, дурная ночь!

Я металась по постели, кусая губы и мечтая о благословенном сне, который принесет успокоение и забвение. Но бог сна, чьи изображения еще можно было увидеть в древних храмах, с лукавой улыбкой обходил мою спальню стороной. А вместо невнятных сновидений перед моим мысленным взором снова и снова представал Марко Капра.

Что ты позволила ему, безумная Сафора?!

«Стань просто женщиной. Сейчас, здесь. Со мной».

Даже его голос я слышала, как наяву, и рывком садилась в постели, уверенная, что он пришел домогаться меня опять. Но моя спальня была пуста, а когда я после долгих мучений на цыпочках пробежала к порогу и выглянула за дверь, то обнаружила принца сладко спящим. Он может спать, а меня терзает неутоленное желание! Разве же это справедливо? Я с новой силой возненавидела его, а заодно и себя. Правильно говорят, что женщина может надеть броню на тело, но не на разум. Вспомнив эту пословицу, я взъярилась еще сильнее. Нет, принцу Марко не удастся лишить меня разума. Я поклялась, что не попаду в эту ловушку, и сдержу клятву.

Поэтому утром моему заложнику первым делом были переданы женская рубашка и приказ переодеться.

Анунча расчесывала мне волосы, когда в спальню ворвался принц Марко - злой, как полчище демонов преисподней. И... в женской рубашке.

— Я думал, что вчера мы друг друга поняли, Сафора! - загремел он с порога.

Анунча с перепугу уронила гребень, а я даже не пошевелилась, продолжая смотреть в зеркало.

— Опять бабские тряпки, - теперь Марко сбавил тон и говорил почти с горечью, - и не надоело тебе играть в эти игры?

— У тебя короткая память, Маркетта, - сказала я холодно. - Тебе запрещено было входить ко мне до полудня. Придется наказать тебя за ослушание.

— Выгонишь, как ту девчонку? - недобро усмехнулся он.

Про Петру он заговорил зря. Я медленно повернулась к нему, делая Анунче знак уйти. Она удалилась, качая головой - старалась больше для меня, глупая. Но сейчас никакие увещевания не смогли бы меня успокоить.

— Ты забываешь, где находишься, - сказала я, когда мы с Марко остались одни. - И здесь, в стенах Брабанта, может быть только одна госпожа. Второй я не потерплю.