Книга Заложник страсти, страница 5 – Ната Лакомка

Проходя перед ними, я чувствовала, словно иду по острому лезвию - это было, как танец со смертью. Хотя я и говорила Анунче, что мне нечего бояться, и что Капра заинтересованы во мне больше, чем я в них, все равно существовала опасность быть отравленной или зарезанной. А то и просто посаженной в каменный мешок. Если к жестокости Капра добавить безумие... пострадать может любой.

Но выказывать страх противнику - это заведомый проигрыш.

И моя обнаженная грудь была вызовом этому миру, где правили яд и кинжал, где женщины считались существами без души и были заперты в своих домах, как в тюрьмах. Я хотела, чтобы Капра поняли - меня не удастся задвинуть на вторые роли, не удастся запереть в домашнюю тюрьму, и даже в уродливое платье, которое казалось мне еще хуже тюрьмы.

Бесстрашно встретив мрачный взгляд короля, я только улыбнулась - безмятежно, как будто не понимала причины всеобщего изумления, а проходя мимо принцев, посмотрела в их сторону, чтобы показать, что и я могу смотреть на королей, как та кошка из известной пословицы.

Старший кривил губы, но смотрел с любопытством. Лицо младшего было каменным, но глаза... Глаза горели демоническим огнем. Я кожей почувствовала его ярость, и это порадовало меня больше, чем неприкрытое пренебрежение старшего.

Наши взгляды - мой и младшего принца - встретились, и что-то сродни невидимой молнии пронеслось между нами.

Он был красив - младший принц из рода Капра. Гораздо красивее старшего. Правильные черты лица, черные волосы до плеч, подстриженные небрежно все это придавало ему диковатый вид. Так мог бы выглядеть пастух на склонах иллирийский гор, или сам бог войны, вздумай он обрядиться в черную хламиду. Но и под шелковой камизой принца Марко можно было разглядеть игру мускулов на руках и груди, и все его движения - даже то, как он повернул голову, провожая меня взглядом исподлобья - говорили о сильном, молодом и тренированном теле.

Они с братом были похожи, но похожи так, как отличается деревянная статуя от каменной. Казалось, что сначала природа отлила из воска старшего, Батисто, а потом, посмотрев на то, что получилось, исправила недостатки формы и отлила младшего - Марко, уже из металла.

Король не стал укорять меня за столь оригинальный способ ношения платья, но решил побыстрее увести из зала, чтобы не смущать придворных, и предложил завтрак на балконе, якобы, чтобы полюбоваться видом на город. Он сам предложил мне руку, показывая, насколько высоко ценить мой визит, и проводил вон.

Следом за нами пошли двое принцев и трое лордов в сопровождении своих уродливых старых дам. Разумеется, никакого завтрака на балконе не оказалось - там не было даже столов, хотя расторопные слуги тут же засуетились, выполняя королевскую волю. Были принесены мягкие кресла для меня и королевской семьи, поставлены круглые столики, на которых тут же оказались кувшины с водой и подносы с ранними фруктами.

Старший принц пригласил меня за стол и услужливо пододвинул кресло, не преминув задеть рукой плечо. Слишком назойливое внимание. Я видела этого молокососа насквозь. Привык получать все, что пожелается, наскоком. Но со мной у него ничего не выйдет. Любовник из рода Капра! Да это еще позорней, чем стать любовницей пирата. Но дело даже не в этом. После смерти третьего мужа я решила, что не хочу больше быть в тени мужчины. Сафора Брабантская вполне может править городом открыто, а не из-за мужского плеча.