Книга Монашка и дракон, страница 121 – Ната Лакомка

— А-а, — протянула Фрида, но было ясно, что ей ничего не ясно.

Отделив желтки от белков, я поставила на огонь маленькую кастрюлю, налив туда воды, добавив мед, срезанную кожуру лимона и корицу. Пока вода закипала, я вооружилась самым острым ножом и тонкой соломкой нарезала свиной жир с окорока, позаботившись, чтобы сало было с прослойками мяса, и бросила все в кастрюлю с медовой водой.

Фрида и главный повар вскрикнули одновременно.

— Но что вы делаете, госпожа?! — испугался мастер Стрюм. — Вы бросили жир в мед…

— Так надо, — ответила я коротко, и как только сало растворилось, сняла кастрюлю с огня. Процедить, немного остудить, влить взбитые до пены желтки, а потом — сладкое вино. И снова все взбить, чтобы яичное тесто получилось воздушным, как пена. К этому времени закипела вода в большой кастрюле. Я сдвинула ее, чтобы кипение было едва заметным, и поставила в большую кастрюлю маленькую. — Пудинг Аббата надо варить только на воде, — объяснила я мастеру Стрюму, который наблюдал за мной, как за умалишенной. — Если поставить его на открытый огонь — все сгорит. Готовится он около часа, а вы пока сделайте карамель — польем пудинг сверху.

— Мясо с медом, да еще и карамель? — пробормотал он, но встал к плите.

Спустя час мы втроем — я, Фрида и мастер Стрюм попробовали по кусочку, когда блюдо было готово. Я удовлетворенно кивнула, потому что вкус мне понравился — яичное тесто приготовилось превосходно, пропеклось, но не стало слишком сухим. Оно было ярко-желтое, под золотистой корочкой карамели, ароматное и радовало глаз, услаждало обоняние и вкус. Фрида и повар переглянулись и продолжали сосредоточенно жевать.

— Господи, я даже не знаю, на что это похоже… — произнесла, наконец, служанка. — Даже не думала, что можно есть сладкое мясо…

— Но ведь вкусно, — засмеялась я.

Мастер Стрюм облизнул ложку и покосился на список продуктов, который остался лежать на столе.

— Этот рецепт вы можете использовать свободно, — правильно поняла я его взгляд. — Хоть и говорят, что он секретный, но ничего секретного там нет.

Вскоре я поднималась по лестнице, держа поднос, на котором дрожал нежнейший яичный пудинг. Он был еще теплый, а к нему я взяла подогретого вина, разбавленного на две трети родниковой водой.

Дракон спал, и я не стала беспокоить его, пододвинув поднос к жаровне, чтобы еда и вино не остыли, а сама взяла историю про великанов, которую не дочитала в прошлый раз. Только в комнате было так тепло, и так уютно пахло корицей и вином, а я так устала за ночь, что не заметила, как задремала, уронив голову на книгу.

Я проснулась, когда дневной свет уже не проникал в щель между ставнями. Угли почти прогорели, но еще розовато светились. Я подбросила несколько тонких щепок, и пламя весело заплясало, пожирая их. Стало светлее, я взглянула на кровать и увидела, что дракон не спит. Он лежал на боку, удобно устроив голову на сгибе локтя, и смотрел на меня.

— Давно проснулись? — я пощупала кувшин с вином и передвинула его ближе к огню. — Почему меня не разбудили? Вас надо покормить, я принесла вино и пудинг.

— Ты спала так сладко, — сказал дракон. — Я не хотел тебя тревожить.

— Вам лучше?

— Угу, — ответил он, не меняя позы. — Но даже подниматься не хочу. И есть тоже не хочу, ты уж прости.