Книга Жемчужина дракона, страница 126 – Ната Лакомка

— Это были его люди, — беззаботно ответил Ланчетто. — А сам он прятался в Анжере. Я лишь немного надавил на него, и он во всем признался. Он трус, твой дядюшка. Трус и глупец, как мой брат.

— А ты — смельчак! Совсем не боишься связанных женщин!

— Ты такая говорливая, Маргарита, — погрозил он мне, распуская шнурок подштанников. — Маргарита — красивое имя. Мне нравится больше, чем Изабелла. Маргарита — означает «жемчужина», — он почти промурлыкал это и двинулся ко мне.

Я подобралась, как для боя, но в это время дверь в комнату открылась, и появился человек — высокий, в черной рубашке и широкополой соломенной шляпе, надвинутой на лоб. Нижнюю часть лица скрывал платок, и человек как раз поправлял его, подтягивая до глаз. Я приняла его за одного из слуг Ланчетто, а он сам попросту не обратил на вошедшего внимания — пытался поймать меня за лодыжку, а я отбрыкивалась, отползая на противоположную сторону кровати.

Человек в черном спокойно подошел к светильнику, стоявшему на столе, и загасил его. Стало темно, как в колодце.

— Эй! Что за шутки! — возмутился Ланчетто.

Судя по голосу, он удалялся от меня, пытаясь добраться до стола и зажечь свет, а я, сделав последний рывок, свалилась по ту сторону кровати, больно ударившись локтем. Подняться со связанными за спиной руками оказалось непростой задачей, но я справилась и готова была бежать, когда из темноты раздались несколько глухих ударов, а потом хрип, и кто-то тяжело упал.

— Г-гаденыш! — услышала я Ланчетто, он даже заикался и подвывал. — Б-больно же! Карло! Пепе! Сюда!

Больше он ничего не успел крикнуть, потому что последовали еще два удара, и его светлость герцог окончательно затих, всхлипывая и скуля. Я сделала шаг в сторону двери, и еще один, двигаясь наугад, а потом чья-то рука легла на мое плечо. Я вздрогнула от этого прикосновения, но не стала вырываться и не закричала, а меня уже закутывали во что-то, и веревки на моих запястьях оказались перерезанными, словно по-волшебству. На мгновение я почувствовала на своей щеке горячее дыхание и ощутила запах морской свежести и меда.

Мой спаситель потянул меня за собой, и я последовала за ним, не задавая никаких вопросов. Я знала, кто это. Я просто знала!..

В коридоре перед дверями комнаты герцога вповалку лежали все его слуги и охранники. Кто-то только-только начал приходить в себя, постанывая и хныча от боли, но мы даже не замедлили шаг.

Проплутав по коридорам, мы вышли к покоям лорда Тристана, и человек в черном открыл дверь, пропуская меня вперед. Я вошла, и дверь закрылась за мной. Здесь никого не было, но на постели лежало платье и нижняя рубашка. Быстро одевшись, я свернула плащ, которым оказалась укрыта. Он тоже пах морем, и я уткнулась в него лицом, позволяя, наконец, слезам пролиться.

Конечно, я испугалась плена. Да что там — я была в ужасе. Потому что самое унизительное было бы, если бы герцог обнаружил, что я досталась ему девственницей. Это было дважды унизительно, бесконечно унизительно… Просто ужаснее не бывает.

Но помощь подоспела вовремя, и мне не терпелось увидеть своего спасителя и отблагодарить. Дверь приоткрылась, и я вскочила навстречу. Это оказались лорд Тристан и… Милдрют. Причем, Милдрют была в черной рубашке, в черных штанах, а на шее у нее был повязан черный платок. Она смотрела на меня и хмурилась, а лорд Тристан доверительно держался за ее плечо. Я ощутила такое разочарование, что не сразу услышала, что лорд Тристан заговорил со мной.