Книга Страсть дракона, страница 125 – Ната Лакомка

— И поэтому ты до сих пор называешь его «то чудовище», - невесело усмехнулся Тевиш. Потом он нахмурился и сказал серьезно: - Пойми, я не хочу, чтобы она вспоминала обо мне, как ты вспоминаешь об отце.

— Тевиш, - позвала его мать, а когда он повернулся к ней, то заметил, как сияли ее глаза. -Ты не такой, как остальные драконы, - сказала леди Фредегонда, снова погладив его по плечу. - Хотя лучше бы был таким, как они.

— Почему?

— С каменным сердцем жить проще.

— Легче? - пошутил дракон.

— Не легче, проще. Но я рада, что у тебя не каменное сердце. Рада, что ты можешь любить.

— Мать, кто из нас помешанный? - засмеялся герцог. - Всем известно, что драконы не умеют любить. Это страсть. Я прекрасно это понимаю, и не хочу навредить Мелхоле драконьей страстью.

— Какой же ты еще глупыш, - леди Фредегонда отстранилась от сына и завернулась в клетчатый плед, спасаясь от прохладного предночного ветерка. - Была бы это страсть -девчонка давно бы оказалась в твоей постели. Но это - любовь, Тевиш. Несомненно, это она. Что еще может заставить жестокое сердце трепетать? Только любовь.

— От чего бы там оно не трепетало, я лучше посажу его в клетку.

— Можно посадить птицу в клетку, только птица будет рваться на волю и разобьется в кровь. Мне не хочется, чтобы твое сердце кровоточило.

— Мать, - терпеливо сказал Тевиш, - я - не юнец, чтобы слушать сердце.

— Ты - упрямец, - сказала она со вздохом.

— Я пойду, много дел, - сказал Тевиш, не желая продолжать опасный разговор.

— Проваливай, трусишка, - ответила мать в своей обычной манере. - Седины нажил, а ума -нет.

— Пришлю твоих служанок, чтобы составили тебе компанию, - герцог поспешил покинуть замковую стену, потому что разговор и в самом деле стал опасным. И слушать подобное было выше его сил. Мать не права, это - не любовь. Это - слабость. Только почему сердце и в самом деле трепещет? И бьется, как птица, которая мечтает вырваться из клетки.

Драконы считали себя самыми свободными существами во всей вселенной, и он сам так считал до недавнего времени. Но почему-то теперь засомневался в этом. Что толку в свободе воли, если сердце заперто в клетке?..

Из темноты скользнул его доверенный слуга по особым поручениям - щуплый маленького роста, но такой незаменимый, если надо было увидеть, услышать и вовремя доложить.

Тевиш наклонился, внимательно слушая, что слуга шептал ему - торопливо, показывая пальцем в сторону, а потом бросился бежать, перескакивая сразу через четыре ступеньки.

Он добрался до кладовых за считанные секунды и сразу услышал за одной из дверей возню и сдавленные крики. Пинком распахнув дверь, дракону понадобилось одно мгновение, чтобы превратиться в настоящее чудовище, не меняя человеческого облика.

Мелхола - его сокровище, стояла на коленях, закрывая ладонями рот и стонала от боли, а Ульпин давил ей на глаза, тыча прямо в лицо возбужденным членом. Застигнутый на месте, управляющий шарахнулся так, что налетел на полки с сырными головами.

— Все не так, - сказал он дрожащим голосом. - Это она меня соблазнила.

Тевиш схватил его за шкирку, испытывая жуткое желание свернуть ему голову тут же, но Мелхола вскочила и бросилась вон из кладовой, путаясь в свалившихся до щиколоток нижних штанишках, закрывая глаза сгибом локтя и натыкаясь на лари, полки и дверные косяки.