Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 98 – Ната Лакомка

Когда между ними оставалось шагов десять, Тюнвиль ощутил знакомый жар – или эта женщина была увешана золотом с головы до ног, или она была девственницей.

Если девственница, то он не ошибся – это именно та, которую хотел Рихард. И брат её получит, даже если девица будет против.

— Хорошее время для прогулки, – сказал Тюнвиль негромко. – Море сегодня такое спокойное, как…

Женщина испуганно ахнула и оглянулась, и герцог сразу узнал её.

Это была принцесса Хильдерика. Жена того самого принца, который свёл с ума короля драконов.

Тюнвиль не ожидал такой встречи, и был неприятно удивлён. Хотя, казалось бы, какая ему разница, с кем тут забавлялся Рихард на пляже. Но… что-то противно ёкнуло в груди и стало обидно. Да, обидно. Потому что принцессу Хильдерику он сразу поставил на пьедестал женщин, с которыми лучше не связываться. То есть – не вожделеть к ним. И узнать такое…

— Что вы здесь делаете? – спросил он, и прозвучало это почти грубо.

Принцесса вместо ответа кинулась бежать, уронив туфли. Тюнвиль подобрал брошенную ею обувь и в два счёта догнал беглянку, обогнал и преградил путь.

— Дворец – там, – хмуро указал он в противоположную сторону. – Или вы бежите куда-то в другое место?.. К кому-то?.. Ищете моего брата?

— Что?.. Нет… – пролепетала она и попятилась, закрывая лицо ладонями.

— А почему так испугались? – продолжал допрашивать Тюнвиль, наступая на неё. – Ждали кого-то другого? Ну же, отвечайте!

Она резко отвернулась, встав к нему спиной, и что-то залепетала, дрожащими руками развязывая узел шали, которая была накинута ей на плечи.

— Зачем вы раздеваетесь? – Тюнвиль готов был с презрением её остановить, сказав, что не возьмёт то, что она предлагает, но тут девушка протянула шаль ему.

Протянула наугад, продолжая старательно отворачиваться, и он, наконец-то, расслышал, что она говорила:

— Оденьтесь, пожалуйста, ваша светлость…

Только сейчас Тюнвиль вспомнил, что вылез из моря совсем голый, и ему стало смешно и стыдно. Дракону, привыкшему щеголять голышом, не понять, почему неженка-принцесса при виде него бросилась бежать, теряя туфли.

— Простите, – он взял шаль и обмотал вокруг бёдер. – Я настолько не ожидал увидеть вас здесь, что позабыл, в каком я виде. Но что вы тут делаете? Одна, в такое время… Можете обернуться, я прикрылся.

Принцесса повернулась к нему лицом, и Тюнвиль разглядел ссадинку у неё на левой скуле.

— Вы поранились? – спросил он. – У вас кровь.

— Пустяки, – она нервно взмахнула рукой. – Это я нечаянно… Решила прогуляться… а я такая неловкая…

Тюнвиль заметил, что она всё равно усиленно смотрела на море, в сторону города – куда угодно, только не на него, хотя он старательно прикрыл причинные места. Шаль была ещё тёплой от девичьего тела, и сразу согрела до самого нутра, воспламеняя кровь. А может, кровь забурлила от близости девственницы – прекрасной, благородной, и… такой одинокой.

— Но как муж отпустил вас без сопровождения? – Тюнвиль протянул ей брошенные туфли, и принцесса взяла их, с благодарностью кивнув.

— Не отпустил, я сама ушла, – она побрела в сторону дворца, утопая по щиколотку в прибрежном песке, и Тюнвиль потянулся следом – словно против воли, но так не хотелось обратно в холодное море, когда совсем рядом была женщина, которая грела, как солнце, даже на расстоянии.