Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 184 – Ната Лакомка

— Такое чувство, будто копытом лягнули, – пожаловалась я, пока Хильдика делала мне холодную винную примочку.

— Но что произошло? – спросила подруга. – Мне показалось, или кто-то хотел убить короля?

— Ну не в меня же, – проворчала я, закрывая глаза и делая вид, что желаю покоя, потому что говорить с Хильдикой о покушении не собиралась.

— Короля хотели убить? – повторила она то же самое на новый лад.

— Дай попить, – сказала я, хотя жажда меня совсем не мучила.

Хильдика молча перешла к столику и принялась делать лимонад, выжимая лимоны и апельсины в чашу с водой. Потом подсластила мёдом и по привычке попробовала – я следила за подругой из-под полуопущенных ресниц.

Когда лимонад был готов, я добросовестно выпила целый бокал, стараясь не замечать вопросительного взгляда Хильдики. От ненужного разговора меня спас медный колокольчик, зазвеневший так требовательно, что чуть не сорвался с верёвки.

Это пришёл отец, чтобы убедиться, что с любимым сыном, и правда, всё в порядке. Я натянула одеяло до подбородка, а потом Хильдика впустила отца. Он долго восторгался моим безрассудным, но таким смелым поступком, а король тепло отозвался о моей наблюдательности и храбрости, и заверил, что ещё больше захотел жениться на принцессе Аранчии, потому что теперь убедился, кто такие Аранчиани.

— Жаль, что ты не показал себя в состязании, – отец удручённо покачал головой, – выиграл какой-то сэр Памфили. Памфили! Даже звучит смешно! Но спасти короля – это лучший приз, – закончил он торжественно. – Только ты так рисковал, сынок… Если бы с тобой что-то случилось, то что ждало бы Солерно?

— Вот и я говорю об этом, – заметила Хильдика, не сводя с меня внимательных глаз. – А уж что ждало бы наш бедный город, если бы здесь убили верховного короля…

— Так, женщина, – осадила я её. – Государственные дела – не для тебя. Они для мужчин. При тебе мы их обсуждать всё равно не будем.

— Всё верно, – закивал отец. – Его величество Рихард сам решил заняться этим делом.

— Он так сказал? – насторожилась я.

— Он сказал, что это мелочь, не заслуживающая внимания, – произнёс отец, таинственно понизив голос, – но я понял, что он сказал это для отводя глаз. Чтобы усыпить бдительность врагов.

— Такая тонкая хитрость, – пробормотала я.

— Змеиная хитрость, – засмеялся отец. – Но я рад, что с тобой всё хорошо, сын. Врач говорит, ты не позволил себя осмотреть…

— Зачем? – хмыкнула я. – Я слабосильная девица, что ли? Сейчас подремлю полчасика, и буду свеж, как апельсин.

— Вот это верно! – подбодрил меня отец. – Мужчине лекарь не нужен! Отдыхай. Я прикажу, чтобы тебе принесли вина. От вина все болезни уходят.

«Один говорит – от вина, другой – от девиц, – подумала я с недовольством. – Как только все мужчины не вымерли. При таких-то убеждениях».

Но лекарь мне, действительно, не был нужен. Через десять минут после того, как отец ушёл, я уже смогла дышать полной грудью. Чтобы избавиться от расспросов Хильдики, я притворилась спящей, и сама не заметила, как заснула.

Когда я проснулась, солнце уже подбиралось к морю, щедро поливая его лучами, как расплавленным золотом. Окна были распахнуты настежь, Хильдика вышивала, усевшись на подоконник, колыхались лёгкие занавески, и ветер наполнил комнату солоноватым запахом волн и свежим ароматом апельсиновых цветов.