Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 64 – Ната Лакомка

«Откуда тебе известно, о чем я мечтаю?» – мой вопрос остался невысказанным, потому что Реджинальд ушел, даже не попрощавшись.

Коврижка была испечена, остужена, разрезана на ломтики и щедро посыпана сахарной пудрой. Господин Маффино предложил под неё деревянный сундучок с медными клепками, и выложил дно сундучка алой тканью. Прижимая подарок к груди, я вышла из лавки уже в сумерках. Фонарщик пробирался через сугробы, зажигая огни, а снегопад всё не переставал. Как будто в эту зиму небеса решили щедро одарить нас снегом на десять лет вперед. Дети радовались больше всех – то и дело мне приходилось уворачиваться от снежков, которыми они перебрасывались. Мальчишки весело ныряли в белоснежные груды и барахтались там, на потеху девочкам, которые не спешили участвовать в шумных мальчишеских играх, ревниво оберегая свои пальтишки, накидки и меховые пелеринки.

Я ничуть не удивилась, когда из переулка навстречу мне шагнул Реджи. Поэтому он и не попрощался – решил продолжить разговор и подкарауливал, когда отправлюсь домой. Сделав вид, что не замечаю его, я свернула к центральным кварталам.

— Несешь сладости де Конмору? – немедленно догадался Реджи. – Он их не любит, зря стараешься.

— Не съест сам – пожертвует бедным, – ровно ответила я, но слова Реджинальда больно меня задели. И в самом деле – для чего графу мои жалкие сладости? Он и похвалил-то их лишь для того, чтобы о его жене не говорили презрительно. Пусть даже это жена на год.

— Нам надо поговорить, не убегай от меня, Бланш, – тропинка была узкая, и Реджинальд, пытаясь иди рядом со мной, то и дело черпал сапогами снег, проваливаясь в сугробы. В конце концов, ему это надоело, и он остановил меня, бесцеремонно ухватив за плечо.

Сбросив его руку, я выразительно посмотрела ему прямо в глаза, но он не понял или сделал вид, что не понял, и придержал меня на сей раз за локоть, чтобы я не уходила.

— Теперь я служу у него, – заговорил Реджи пылко, – и много чего слышу и знаю. Он наплел тебе чего-то там, Бланш, а ты и поверила. Он женился на тебе лишь на год, потому что на этом настаивает его невеста!

Всё же ему удалось завладеть моим вниманием. Я перестала вырываться. Откуда Реджи знает об этом? Граф просил хранить все в тайне… Неужели, матушка рассказала?! Мне стало и горько, и обидно. Прижимая сундучок, я стояла на тропинке, а снег все сыпал и сыпал, налипая на ресницы.

— Видишь, все не так, как кажется, – сказал Реджи ласково. – Откажись, Бланш. Пусть ищет себе другую жену и играет в свои темные игры, раз уж ему так хочется. Но без тебя.

— Откуда ты узнал о невесте и браке на год?

— Он сам об этом рассказывает, – бросил Реджи презрительно. – И мерзко посмеивается при этом. Не позволяй, чтобы над тобой смеялись, Бланш. Откажись!

Невозможно выразить, какая тяжесть свалилась с моей души, когда я узнала, что не матушка всему виной. Да как я только могла подумать, что она выдаст мои тайны? Вернее, наши с графом тайны… Но зачем граф просил меня молчать, если сам рассказывает об этом?

— Милорд де Конмор рассказал об этом тебе? – спросила я у Реджи.

— Да он это всем уже разболтал! – в сердцах ответил он. – Еще немного, и ты станешь посмешищем в Ренне. О тебе будут говорить, что ты продалась! О тебе и так болтают невесть что, не добавляй новых сплетен.