Книга Господин метелей, страница 79 – Ната Лакомка

— И что прикажешь теперь с тобой делать? — спросил он. — Воровство — это не проступок, это преступление.

Я постаралась держаться уверенно:

— Не смейте называть меня воровкой. Хотела бы я вас обокрасть — уже давно бы это сделала.

— Дай угадаю, — он с нарочито задумчивым видом потер подбородок. — Ты решила превратиться в добрую Бефану-на-метле и отнести той девчонке новогодний подарочек. Глупо.

— Ничего не глупо, — огрызнулась я.

— Ты даже не знаешь, где она живет, — сказал Близар, уже не сдерживая усмешки. — Собиралась бродить по городу и спрашивать: а где здесь дом Эльзы, которую папаша решил продать в публичный дом?

— Не стала бы бродить, — живо ответила я. — Пошла бы в гостиницу, там расспросила хозяина. Хозяева гостиниц знают о своем городе все!

— Замечательная придумка, — похвалил он меня. — Если бы ты еще дошла до гостиницы ночью, с мешком серебра.

— Когда человек совершает доброе дело, его хранят небеса, — я не желала сдаваться, хотя чем дальше он говорил, тем больше таяла моя решимость. — Разрешите мне сходить в город. Я быстро вернусь… обещаю, — последнее слово далось мне с трудом, но колдун этого не оценил.

— Никуда ты не пойдешь, — сказал он.

— Но господин граф!.. — взмолилась я.

— Нас отвезут духи.

Я замерла, раскрыв рот и хлопая глазами. Духи? Нас?.. Колдун решил ехать со мной?

— Что примерзла? — спросил он и свистнул.

Почти сразу же в зал влетели Сияваршан и Велюто. Лицо у Сияваршана было недовольное, а когда Близар приказал принести плащ и вывести сани, он нахмурился так, что снежное сияние померкло. Теперь дух походил на грязную простынь, и не пытался скрыть недовольства.

— Куда это ты собрался ночью? — спросил он безо всякой почтительности.

— Тебя не спросил, — ответил Близар.

Велюто уже притащил хозяйский плащ, и колдун оделся, а потом покосился в мою сторону.

— Так мы едем?

Я медленно кивнула, а Сияваршан сразу заискрился, как сугроб под полной луной:

— Ты решил прокатить Бефаночку? Давно пор… То есть я хотел сказать — замечательно придумал. Велюто, за мной! — он схватил Велюто за шкирку (хотя, может, это был хвост — я не разглядела) и потащил вон.

— А шапку вы не наденете? — спросила я, не зная, что еще сказать.

— Шапка не согреет, — ответил колдун, и по тону я поняла, что спрашивать ни о чем не надо. — Ты не хочешь пересыпать то, что… хм… позаимствовала, в мешок? Рукавицу могла бы и поберечь.

— Да, конечно, — прошептала я.

— Аустерия, — позвал Близар, и она тут же появилась, неся серебристый мешочек. Его как раз хватило, чтобы вместить все из моей варежки, и Аустерия завязала горловину широкой тесьмой с вышитыми снежинками. — Отнеси в сани, — приказал Близар. — И прихвати медвежью шубу. Антонелли боится замерзнуть.

— Совсем нет!.. — воскликнула я, но он, не слушая, схватил меня за талию и повел к двери.

Я еле успевала переставлять ноги, чтобы успеть за ним в шаг, а Близар, казалось, не шел, а летел. Вот мы промчались по коридору, сбежали по ступеням, вот мы уже на тропинке, которая ведет среди белого безмолвия к саням. Луна была почти полная, и равнину перед замком заливало серебристым светом. Равнина алмазов и серебра — таким виделся снег при луне. Не утерпев, я посмотрела на замок. Среди этой серебряной белизны он казался затаившимся чудовищем. Ворота медленно затворились, как будто чудовище недовольно закрыло пасть, упустив добычу.