Книга Господин метелей, страница 105 – Ната Лакомка

— Моя мать отдала меня моему отцу сразу после рождения, — сказал колдун буднично, словно говорил о запачканных сапогах. — Продала меня за серебро Близаров. Я никогда не видел ее, она даже не пыталась со мной встретиться. До пяти лет жил здесь, духи заботились обо мне, а потом отец отвез меня в королевский пансион магии. Я обучался там пятнадцать лет и за все это время ни отец, ни моя продажная мать не приехали меня навестить. Но отец хотя бы присылал каждый месяц серебро, и на том спасибо, — он помолчал, а потом посмотрел на меня почти весело. — Ну? Нечего сказать, верно?

Какого ответа он ждал от меня? Негодования по поводу предательства матери? Упреков его отцу за равнодушие? Жалости? Вряд ли. Но каким-то волшебным образом я поняла, что он сказал правду. Я чувствовала, что ему стало легче на душе, когда он произнес все это.

— Мне жаль, что ваша жизнь так сложилась, — сказала я, подумав. — Но это совсем не повод ожесточаться. Вы, хотя бы, всегда жили под крышей, вдоволь ели, и в деньгах у вас не было отказа. Многие в этой жизни лишены не только родительской любви, но и хоть какого-то достатка. Так что вам грех обижаться.

— А кто сказал, что я обижаюсь? — он посмотрел на меня в упор. — Ты опять там что-то придумала у себя в голове. Моя жизнь вполне меня устраивает. А вот ты — та еще врунья…

— Простите?! — возмутилась я. — Вы же понимаете, что я не могла сказать отцу…

— Письмо тут ни при чем, — заявил он. — Ты лгала этим детям. Что я — правнук святого Николаса. Я уже понял, что ты стараешься во всем и в каждом видеть что-то хорошее, но мои предки точно не были святыми. Они были отъявленными негодяями, чего уж там скрывать. Поэтому не надо удивляться, что и я такой.

— Что же они сделали? — спросила я тихо.

— Тебе лучше не знать. Но они были такими грешниками, что им не нашлось места ни на одном освященном кладбище. Все они похоронены в подвале этого замка. Свалены туда, как дохлые крысы. Я был там только однажды, когда оттащил туда папашу, и больше не хочу там появляться.

— Вы… похоронили своего отца здесь в подвале?

— Похоронил? Много чести. Спустил его по лестнице и закрыл дверь.

Я не знала, что ответить, охваченная ужасом и отвращением. Лучше было бы убежать, но я продолжала стоять на нижней ступеньке, вцепившись в перила.

— Мне не хочется оказаться в компании прежних Близаров после смерти, — сказал колдун. — Там холодно. Я ненавижу холод.

Повелитель метелей ненавидит холод? Это было что-то невероятное, но я продолжала молчать, а колдун опять отвернулся к окну, провел пальцем по перистым узорам на стекле и вдруг сказал:

— Останься со мной до весны.

— Но вы же говорили про Сочельник… — забормотала я. — Вы опять обманываете меня?!

— Нет, на этот раз только прошу.

Остаться до весны? Здесь?!

— Я… я не могу… — сказала я, как будто прыгая в сугроб.

Но Близар, вопреки моим опасениям, не стал буйствовать, не стал угрожать.

— Хорошо, раз таково твое желание, — сказал он и пошел наверх. — Спокойной ночи, Антонелли.

Он ушел, а я стояла, прислонившись к перилам, пока его шаги не затихли в тишине замка, и только тогда помчалась к себе в спальню, стуча зубами — то ли от холода, то ли от страха.

На следующий день я делала вид, что ничего не произошло, но разговор с Близаром смутил меня необыкновенно. Выходит, этот замок — настоящее кладбище. Может, те девушки, которых я видела — это бывшие графини Близар, которые не могут обрести покой? И как можно бросить собственного отца без погребения?! Будь отец хоть трижды равнодушным негодяем!