Книга Маленькая хозяйка большой кухни, страница 89 – Ната Лакомка

— Значит, вот почему мы всегда в перчатках… Что это за болезнь, милорд?

— Кажется, это – не ваше дело, - сказал он сдержанно. – Я попросил вас уйти. Попросить ещё раз?

— Что говорит ваш лечащий врач? – перебила я его, пропустив «просьбу» мимо ушей. – Если болезнь заразна, вы подвергаете опасности тех, кто находится рядом.

— Не заразна, - бросил он, резко отворачиваясь и подходя к стулу, на котором лежала свежая, выглаженная рубашка. – И это - не болезнь.

Я смотрела ему в спину, где не было «фольги», и видела, как по чистой, упругой коже между лопатками с мокрых прядей сбегают капли воды. Завораживающее зрелище, надо сказать. С трудом оторвавшись от созерцания капель, я снова спросила:

— Так что говорит ваш врач? Вы обращались к медику?

Прежде чем ответить, он надел рубашку, обернулся, завязывая тесёмки на вороте, и сказал:

— Вы меня допрашиваете? Может, лучше объяснитесь, зачем пришли в мою комнату?

Тут я опомнилась, и уши меня запылали. Интересно, заметил он или нет, что я рылась в его вещах? Вот так помощница кухарки…

— Простите, милорд, - произнесла я покаянно. – Ваша тётушка отправила меня за книгой, которую вы взяли почитать. Если бы я знала, что вы здесь, то никогда не осмелилась бы войти. Но ваша тётушка велела…

— За книгой? – уточнил он спокойно, застёгивая запонки на рукавах.

— Какие-то там «Хроники», - сказала я. – Простите, забыла точное название. Леди д`Абето сказала, что вы уехали проследить, как стригут овец, поэтому я зашла в вашу спальню.

— Овец?

— Леди д`Абето сказала…

— В Эпплби стригут овец весной, - произнёс герцог и опёрся ладонью о спинку стула.

Расспрашивать про овец я не стала, потому что и так стало ясно, что хитрая старушенция леди д`Абето провела меня, как ребёнка. Наверное, рассчитывала, что я увижу её племянника голым и сразу упаду в его объятия. Впрочем, не такой уж и неправильный был расчёт. Вот только одного леди не предусмотрела…

— Ваша тётя не знает о вашей болезни, - я не спросила, а сказала это утвердительно, и герцог, помедлив, кивнул.

— Не знает, - коротко сказал он.

Конечно, не знает. Иначе не отправила бы меня в спальню к племяннику, когда он принимает ванну.

— Надеюсь, и не узнает, - герцог многозначительно посмотрел на меня. – Хотелось бы, чтобы вы, мисс Браунс, сохранили это в тайне.

Я молчала, насупившись и сцепив за спиной руки.

— И ещё надеюсь, что вы позволите мне одеться без вашего присутствия, - продолжил де Морвиль. – Вы не против, если я надену штаны?

— Так что сказал врач по поводу вашей болезни, милорд? – пропустила я его слова насчёт штанов мимо ушей.

— Какая вы… - вздохнул он, потёр переносицу и сказал: - Это – не болезнь. Это – проклятье. Обыкновенная чёрная магия. Не заразно, не беспокойтесь.

— Вы, прямо, камень с моего сердца сняли, - сказала я сухо. – Но как получилось, что ваша тётушка ни о чём не знает? Ведь она вырастила вас. Или вы и ребёнком носили перчатки?

— Вы почему не уходите? – спросил он, проигнорировав мой вопрос.

— Потому что не хочу, - ответила я с вызовом. - Сперва хочу убедиться, что вы лечитесь, а не тихо умираете из ложной гордости.

— При чём тут ложная гордость?

— Тогда почему виляете, как собачий хвост?

Слова были явно лишены деликатности, но они подействовали.

— Хорошо, - согласился герцог. – Что вы хотите узнать? Почему тёте ничего не известно? Потому болезнь проявила себя лишь несколько лет назад. Я был уже не в том возрасте, чтобы докладывать всё тёте.