Книга Маленькая хозяйка большой кухни, страница 77 – Ната Лакомка

Это мне нравилось гораздо больше чопорной тишины, и слова волшебницы о том, что здесь притаилось чёрное колдовство, казались теперь всего лишь страшной сказкой.

Какое тут может быть колдовство, когда в окно задувает свежий ветер, напоенный запахом спелых яблок, и огонь весело потрескивает, прыгая по поленьям, а на дереве перед окном расположился Сэр Пух, вольготно развалившись на широкой ветке.

Когда печь разгорелась, я поставила на огонь сковороду, бросила на неё кусочек масла, а когда масло растаяло – вылила тесто, на поверхности которого уже появились маленькие пузырьки.

— Леди любит белый хлеб, - глубокомысленно заметила Дорис, наблюдая за мной. – Вы сделали лепешку из овса? Такое она точно есть не будет. Овёс мы готовим только для слуг…

— И очень зря, - я внимательно следила, когда лепёшка поджарится с одной стороны, а потом перевернула её и бросила ещё один кусочек сливочного масла, чтобы тесто напиталось и стало мягким и нежным.

Пара минут – и я выложила на плоское фарфоровое блюдо румяную яично-овсяную лепёшку, а поверх неё расположила ломтики лосося, свернув их в виде цветка.

— Красиво? – похвалилась я.

— Красиво, - признала Дорис, - но…

— Заварите чай, - попросила я, - и дайте мне самый лучший поднос и салфетки.

— Э-э… - протянула кухарка, - мы достаём лучшую посуду только по особым случаям…

— Давайте устроим особый случай для нашей хозяйки, - сказала я, поворачивая блюдо и так, и эдак, проверяя, чтобы всё было идеально. - Пусть всё будет не просто красиво, а очень красиво. Пусть особые случаи будут на каждую трапезу. Это часть моего плана.

Дорис только покачала головой, но вытащила из сундука круглый серебряный поднос и белоснежные льняные салфетки.

— Прикажете отнести это для леди? – спросила она.

— Лучше сама отнесу, - ответила я, взяв поднос, и только потом сообразила, что кухарка сказала «прикажете».

Кто прикажу – я?..

Меня ведь назначили помощницей кухарки, а не хозяйкой кухни. Надо ли мне объясниться по этому поводу? Сказать Дорис, что не могу никому приказывать...

Нет, лучше сделать вид, что я ничего не заметила. И тогда никто этого не заметит.

Я замешкалась всего на пару секунд, а когда повернулась к выходу, увидела на пороге герцога де Морвиля.

На нём была простая чёрная куртка, а на плече висело ружьё.

— Всем доброго утра, - сказал де Морвиль, глядя на меня. – Похвальное усердие, но незачем было вставать так рано.

Я промолчала, потому что не сообразила, что ответить. Кому он это говорит? Всем служанкам или только мне? А если мне, то почему? Чем я отличаюсь от других служанок?

— Вот ваша сумка, милорд, - Дорис проворно схватила большую кожаную сумку и поднесла её хозяину.

Тот поблагодарил и повесил сумку на другой плечо.

— Там холодная телятина, ветчина, хлеб, - перечисляла кухарка, - пирожки и вино. Всё, как вы просили.

Он кивнул, продолжая смотреть на меня, и спросил, указав на поднос, который я держала:

— Это для нашей гостьи? Не надо. Она только что ушла. Я проводил её. Пошла прямо на север, даже от экипажа отказалась. Странная женщина.

— Нет, милорд, это не для госпожи Близар, - ответила я. – Это для вашей тётушки… - и только тут поняла, о чём было сказано.

Волшебница пошла на север. То есть не на юг, не в сторону столицы. И это означало, что доносить обо мне Стефания Близар не собирается. Конечно, она могла быть слишком хитрой и попытаться усыпить бдительность, а потом свернуть к югу… Но что-то подсказывало мне, что если бы Стефания Близар хотела меня разоблачить, то она сделала бы это быстро и решительно, безо всяких ухищрений.