Книга Маленькая хозяйка большой кухни, страница 38 – Ната Лакомка

— Чай будет очень кстати, благодарю, - сказала я как можно сердечнее.

Меня проводили в кухню – огромное полуподвальное помещение. Здесь уже жарко горел камин, гудела растопленная печь, и две служанки лениво месили тесто в новеньких деревянных квашнях.

Усадив меня за выскобленный добела стол, женщина в чепце поставила передо мной чашку ароматного крепкого чая, который пах сидром и мёдом, положила на блюдце кусочек кекса с тмином, и окликнула девушку лет пятнадцати, которую я сначала не заметила – она лущила горох, сидя в углу на низкой скамеечке:

— Позови госпожу Пай, Сара. Скажи, что пришли наниматься на работу.

Сара тут же оставила горох, поднялась, вытирая руки о передник, кивнула и бесшумно выскользнула из кухни. Служанки продолжали месить тесто и беззастенчиво таращились на меня. Женщина в чепце встала рядом, сложив руки на животе, под передником, и тоже смотрела на меня, не отрываясь.

Под такими пристальными взглядами я с трудом проглотила кекс, хотя и была голодна, и через силу выпила чай.

— Чудесные сады вокруг, - сказала я, чтобы прекратить напряженное молчание. – Красивые места… Наверное, тут каждый год отличный урожай яблок?

— Да, - сдержанно отозвалась женщина в чепце.

— Как здоровье леди д`Абето? – продолжала я. – Мне сказали, что в прошлом году она мучилась от зубной боли?

Я думала расположить женщин дружеской болтовнёй, но получила сухой, даже суровый ответ:

— Мы не обсуждаем хозяйку.

— Простите, - только и оставалось пробормотать мне.

Прошло томительных пять минут или даже больше, когда раздался чёткий стук каблуков, и на пороге кухни возникла дама в чёрном платье с глухим воротом, в белоснежном кисейном фартуке и белоснежном чепце, на котором красовались кружева в три ряда. Кружева обрамляли не самое приятное лицо – худощавое, бледное, со светлыми, почти невидимыми бровями, и светлыми водянистыми глазами. Колючий взгляд, немного длинноватый нос, тонкий рот – и вы получаете типичную экономку, которая на всех смотрит свысока и считает себя самой главной особой в доме. Разумеется, не считая хозяев.

— Доброе утро, - я встала и сделала книксен.

Молчаливая Сара проскользнула мимо нас на свою скамеечку и с преувеличенным усердием продолжила лущить горох. Служанки начали месить тесто так, что стол заходил ходуном.

— Госпожа Пай, тут пришла девушка… с письмом… - женщина в чепце суетливо подбежала к даме в чёрном, протягивая ей на ладонях письмо. – Прикажете доложить леди?

— Сколько раз вам повторять, Дорис, - произнесла госпожа Пай стальным голосом, забирая письмо и быстро просматривая фамилии адресата и отправителя, указанные на лицевой стороне, – сколько раз я буду вам повторять, что моя фамилия – Пай-Эстен? Неужели так трудно запомнить?

— Да, мэм, - обречённо согласилась женщина, и даже края её чепца уныло и покаянно обвисли.

— Кто вас прислал? – спросила госпожа со сложной фамилией уже у меня.

— Там написано, - мягко подсказала я. – У меня рекомендация от господина Гаррета. Он лечил леди д`Абето…

— Я умею читать, - перебила меня госпожа Пай-Эстен. – На какую должность вы рассчитываете?

— Речь шла о должности компаньонки… - начала я, но меня опять перебили.

— У леди д`Абето есть горничная, - отрезала госпожа в чёрном. – Вряд ли её заинтересует юная девица в качестве компаньонки. Вам, хотя бы, есть восемнадцать? Вы такая маленькая, - она произнесла это, будто низкий рост сам по себе был чем-то неприличным.