Книга Маленькая хозяйка большой кухни 2, страница 52 – Ната Лакомка

Я бы подарила ему сто поцелуев, а не то что один, и уже приподнялась на цыпочки, чтобы выполнить просьбу, но тут из кухни выплыл Эбенезер, держа блюдо, на котором красиво были разложены яблоки и груши. Мы с герцогом тут же отшатнулись друг от друга и разжали руки.

— Поставлю в гостиной, с вашего позволения, - сказал Эбенезер, скользнув по нам острым взглядом. – Милорд, вы уходите? Леди, заприте дверь, пожалуйста.

— Ухожу, - вздохнул герцог с такой обреченностью, что я едва не прыснула.

Он надел треуголку, кивнул мне и вышел.

— Дверь заприте, - тут же велел Эбенезер.

— Слушаюсь, милорд, - ответила я и подавила вздох, закрывая задвижку и поворачивая ключ в замочной скважине.

Глава 7

Осматривая дом, Эбенезер не переставал ворчать. Ему не нравилось всё – и что я сама вымыла полы, и что сама надраивала ванну мелом, и что решила сама готовить.

— Если он такой благодетель, ваш герцог, - брюзжал Эбенезер, - пусть наймёт пару служанок и кухарку! Это просто позор, что у брата короля нет достойного служебного штата! Хотя, нет! Он слишком шикарно устроился – взял в кухарки благородную леди, а сам…

— Поссоримся, - предостерегла я его.

Он обиженно замолчал и тут же возмущённо уставился на гардероб де Морвиля, который скромно висел на распялочках в его спальне.

— Это совершенно никуда не годится, - объявил Эбенезер и для подтверждения правдивости слов взялся за сердце. – Три перемены одежды! Три! Это герцог или нищеброд из-под моста?

— Ой, можно подумать, у дяди было больше камзолов, - отмахнулась я.

— Больше! – повысил голос мой старый слуга. – Пять!

— Непозволительная роскошь, - заметила я, чем заслужила ещё один возмущённый взгляд.

— Говорите о лорде Сен-Меран уважительно, - тут же потребовал Эбенезер. – Это был достойный человек, он не заслужил насмешек. Судьба была к нему несправедлива…

Я с трудом подавила желание открыть тайну, что достойный человек сейчас жив-здоров и наслаждается обществом изумительной женщины в поместье герцога, но время для признаний точно было неподходящее – Эбенезер так и кипел.

— Ладно, - примирительно сказала я, - оставляю вас, господин камердинер, на вашем рабочем месте, а сама удаляюсь на кухню. Фанни Браунс удаляется, смею вам напомнить.

— Пока я жив, вы готовить не будете! – снова ощетинился он.

— С чего бы? – мне уже начали надоедать эти бессмысленные препирательства. - Раньше я прекрасно готовила, и вы ничуть не возражали.

— Раньше вы готовили для своего дорогого дядюшки, - заявил Эбенезер скорбно, - а готовить для постороннего мужчины – это попросту неприлично! Кто знает, что могут подумать…

— Хорошо, тогда буду готовить для вас. Надеюсь, в этом случае никто не заподозрит нас в неприличностях? – я поцеловала Эбенезера в щёку и убежала прежде, чем он нашёлся, что ответить на такое нахальство.

Кухня в доме герцога была больше, чем в доме дядюшки. Высокие потолки, вентиляция и… идеальная чистота. Как в музее. Я посмеялась, спрятав лицо в фартук, хотя скрывать смех мне было не от кого – Эбенезер ещё не спустился со второго этажа.

Ну нет, милорд де Морвиль, пора покончить с музейной чистотой в вашей кухне.

Теперь я устроила здесь всё на свой вкус. Копчёный окорок отправился на лёд, овощи – в холодную кладовую, вместе с яйцами, маслом и мукой. Хлебному ларю, наконец-то, нашлось применение, и он с благодарностью разинул рот-крышку, принимая круглую пшеничную булку и посыпанный кунжутом тёмный хлеб, с которым так вкусно пить послеобеденный чай. На полки я поставила специи, развесила по крючочкам медную блестящую посуду, а зелень сложила в глубокую миску, сбрызнула водой и поставила на подоконник – чем не букет для кухни?