Книга Водяной, страница 113 – Владимир Стрельников

Забавы ради я долго плескался в реке, гонял сазанов и усачей, прокатился на огромном соме, как ковбой на диком быке. Бедолага такие коленца выделывал под конец, что вполне можно нас в Нешвил, на Родео отправить. Или куда там, в теперешних Штатах? Надо шляпу ковбойскую купить. Да и не только ковбойскую, тут прикольные шляпы продаются. Видал я в Коканде лавочку, там и котелки качественные есть, и полуцилиндры, и стетсоны, и дэнди. И даже кепки как у Соломина, когда тот доктора Ватсона отыгрывал. А то мне купили европейский костюм евреечки, но там только цилиндр, а он мне ну совсем не по вкусу.

На соме я до острова и доехал, после чего похлопал своего «коня» по спине, и отпустил восвояси. А сам прыжком выскочил на борт своего каюка, напугав молодого индуса, что стоял под навесом с коротким копьем и тяжелым арбалетом. Ну а что, для такой мокрени самое то, у ружей точно порох отсыреет, даже у капсюльных. Нет, у меня на корабле-то порох всегда сухой, и даже сейчас все стволы заряжены и в боевой готовности, и матросы со шкипером в курсе этого. Ну а для окружающих все совершенно естественно, у арбалета плечи стальные, тетива из проволоки, болт тоже кованый, так что все путем, пусть вражина не надеется застать врасплох.

— Господин! — Матросик поклонился, облегченно выдохнул. — Напугали.

— Ничего, страх это нормально. Тот, кто бесстрашен — или глупец, или святой. Ну, или берсеркер, тоже частенько встречается. — Я похлопал парня по плечу, и пошел к себе в каюту. Крохотный закуток под кормовой палубой, еле-еле откидная кровать, стол да шкаф разместились. Там спокойно переоделся, и завалился на кровать. Спать-то я почти не сплю, но иногда охота покемарить вполглаза. Почему бы это не сделать у себя на корабле? Тем более, что я всегда любил кемарить в дождь, и в этой жизни я от своих привычек отказываться не намерен. Ну и что, что сейчас я чувствами сливаюсь с окружающей водой? Так даже прикольней, мысли текут сквозь струи дождя, сквозь ручейки воды, забавно. Журчабельно, так сказать.

Дождь шел всю ночь, капитально вымочив все и всех, найдя прорехи в навесах, брызгами залетая под пологи палаток, протекая сквозь промокшую парусину. Впрочем, здешний народ такой мелочью не напугаешь, и настроение ему не испортишь. Под навесами горели костры, в палатках и шатрах тлели жаровни. Что-то жарилось, что-то пеклось, что-то варилось. Тренькали две балалайки, пиликала губная гармошка из русской части лагеря, со стороны шатра людей наиба доносились азартные крики и раскаты здорового мужского смеха. Там устроили гонки двух черепах, что поймали здесь, на острове. Сам наиб в обществе Перовского сидели на раскладных креслах под навесом, и что-то негромко обсуждали, периодически посасывая кальян. Кстати, я услышал, как они рассуждают о визите эмира в Санкт-Петербург, для подписания договора. Ну а чтобы во время оного никаких проблем для эмира здесь, в Ханстве Кокандском и Эмирате Бухарском не случилось, то кроме верных эмиру частей сарбазов сюда по новому тракту проведут три полка пехота, и восемь конных батарей полевых пушек. По полку встанет в Коканде, Ташкенте и пригороде Бухары, а батареи передадут в личную гвардию эмира, и подготовят местные расчеты и офицеров. Пушки пусть и не новейшие, но для здешних мест вполне себе смертоносные. Нормально так, примерно такого я и хотел. Ладно, посмотрим, что будет дальше.