Книга Водяной, страница 104 – Владимир Стрельников

— Ишь, угадала с первого раза. Ты сама-то кто? — Я полюбовался красоткой, но та резво поднялась было, но ноги внезапно подогнулись. И точно брякнулась бы дамочка на палубу, но ее я поймал. — Хотя… ведьма ты, похоже. Природная. И сильная. Везет мне на вас.

Глаза у Лейлы, которые мне показались черными, на самом деле были темно-темно зелеными. И сверкали как далекие звезды. Я аж утонул было в них, но все-таки достаточно быстро вынырнул. Усмехнулся, чмокнул дамочку в сиську, и аккуратно усадил на скамью около спящей девчонки.

— Похоже, мы оба-двое угадали. Ты права, я хозяин здешних вод. А ты кто? Явно аристократка какая-то? — Лейла укуталась тонкой шелковой накидкой. Лучше б она этого не делала. Шелк обрисовал прекрасное тело лучше художника или скульптора, я снова понял, что жутко желаю эту ведьмочку. Но сумел сдержаться. Пока.

— Я вдова Сугудай-бая, и дочь Абдуль Хасан Мехди, управителя шахристана Шерван, правнука Моххамад Хасан-хана из рода Каджаров. — Гордо вздернула нос и качнув высокими грудями, заявила дамочка. А я смотрел и любовался. Вот ведь диво дивное, чудо чудное я отымел здесь по случаю. Кстати, она принцесса, династия Каджаров вполне себе живая, правители Персии, в той же Российской Империи вполне себе котируется. Ну, может и не принцесса, то, что она пра-пра-правнучка шаха Персии не означает ее присутствие на первых строчках в табели о рангах. Отец-то у нее пусть управитель, но небольшого городка и крохотной провинции северной Персии. Хотя, родич правящего дома, это немало. Впрочем, шах Персии мужик суровый и жадный, даже своей родне особого спуска не дает, все должности продают за немалые деньги. Хотя, опять же, в своем пастбище чиновник творит что хочет. Если от него исправно идут налоги и взятки — никого не интересует, что он там у себя делает. Сугудай-бай, каков конфуз… ведь это мы его грохнули, я с девочками. С полгода назад мы на охоте уничтожили целую флотилию, восемь каюков, с рабами и охранением. Всех кроме рабов вырезали, ибо нехер. Но я сначала народ усыпил, мало ли, перерезали б закованных баб и мужиков, все-таки семьдесят бойцов с ружьями и пистолетами это многовато. Тоже был весьма немалым чином в войске хивинского хана. Правда, работорговлей подрабатывал, но здесь многие этим баловались. Да и сейчас мало что изменилось, разве по рекам боятся ходить с рабами. Ныне больше по сухопутью пробираются, а это резко ограничивает мои возможности. Впрочем, к отымению Лейлы это все отношения не имеет.

В общем, мы еще несколько раз с немалой душой трахнулись, и отпустил я Лейлу с компанией. Ибо лупила она свою дочь, мозги от подростковой дури чистила. Как по мне — имеет право. А я договорился с этой очаровательной ведьмочкой, что иногда буду наведываться и иметь ее, адресок она оставила. Надо сказать, что вдовья доля здесь не самая простая, но если за спиной род персидских шахов — то многое упрощается. Пусть здешние парни-йигиты ходят щипать Хорасан, но для знати связываться с родственницей действующей династии не самый лучший способ самоубийства. Это только для равных, а ханам и эмиру Лейла без надобности.

Выйдя на стремнину, я на некоторое время просто выключился, мощными ровными гребками уходя подольше от каюка с Лейлой. Очаровательная она очаровательная, и даже пригласила домой на пиалу чая с вечерним трахом. Но с нее станется приказать слугам попробовать пальнуть в меня из небольшого фальконета, установленного на вертлюге на носу кораблика. Зачем искушать такую красивую женщину? Пусть лучше рассматривает перстень из черненого золота с крупным черным бриллиантом, что я на память ей оставил. И когда наведаюсь, в любом случае подарю гарнитур к этому перстню, из диадемы, колье и браслетов. Ну а дальше видно будет. Пока сваливаем, то есть совершаем тактический маневр.